Вчера FOMC (Federal Open Market Committee, Федеральный комитет по операциям на открытом рынке ФРС США) сохранил ставку на уровне 5,25–5,5%. На точечном графике прогнозов участников заседания было показано, что в этом году состоится еще одно ее повышение. При этом темпы снижения ставки в следующем году будут куда медленнее, чем ранее планировалось – всего до 5,1% к концу 2024 года.
Это вызвало нервную реакцию на рынках. Доллар пошел вверх, а нефть, акции и облигации, ранее попытавшиеся было встретить решение ФРС ростом, – вниз. Это неудивительно, ведь и предыдущие прогнозы регулятора быки считали слишком медвежьими, предназначенными лишь для того чтобы запудрить им мозги.
В этом цикле ужесточения денежно-кредитной политики рынки вообще не верили ФРС с регулярностью, достойной лучшего применений – так бывало и год, и полгода назад. Это же происходило и в последние месяцы.
Между тем еще в июне на точечном графике было указано, что в этом году она достигнет 5,5-5,75%. По рынку ходили слухи о том, что цикл подъема ставки завершен еще в июле. По данным CME, накануне заседания ФРС в том, что ставка на нем не будет изменена, срочный рынок был уверен на 99%, а шансы на ее подъем в ноябре или декабре он оценивал менее чем в 30%.
И это несмотря не только на прямые указания регулятора, но и на то, что инфляция, с которой он борется, в июле и августе прервала снижение и, перекрывая прогнозы, пошла вверх. Одной из причин было восстановление мировых цен на нефть – явление, плохо поддающееся контролю со стороны ФРС, но какой-то реакции требующее.
В августе примерно половина инфляции в США была обеспечена возросшим ценам на бензин. ФРС традиционно делает вид, что ее такие детали не волнует, ориентируясь на базовый индекс потребительских цен, не учитывающий стоимость энергии. Но на деле это, конечно, не так. Нефть слишком сильно влияет не только на инфляцию, но и на экономику, замедляя ее.
Плохой опыт в этом смысле у ФРС есть – заслугу взлета нефтяных цен в стагфляции 1970-х годов трудно переоценить. И повторять его она явно не намерена. Это тоже неприятный нюанс для быков. Если регулятор в таких условиях все же намерен повышать ставки, очень долго удерживая их на высоте, значит речь пойдет, пусть и не о стагфляции, но уж наверняка – о рецессии.
А о нулевых ставках, судя по прогнозам ФРС, быкам надо просто забыть. Средняя на 2025 год ожидается на уровне 3,9% (против 3,4% ранее), а в 2026 году она составит 2,9% (прежде такого прогноза не было). Цифры, конечно, условность: хрустального шара нет и у регуляторов. Но они, как минимум, говорят о том, что в ближайшие годы, на взгляд ФРС, инфляция закрепится выше таргета (2%).
На деле, они могут свидетельствовать и о реальной перспективе куда более высоких ставок, чем пока прогнозирует ФРС, и тем более – чем ждет рынок. А то, что высокие доходности сохранятся куда дольше, чем ожидалось, он уже и так начал понимать. Это и привело к распродажам ценных бумаг и сырья, причем в первую очередь шли вниз чувствительные к ставкам технологические акции.
Когда рынок чуть успокоился, началась пресс-конференция председателя ФРС Джерома Пауэлла, по ходу которой котировки вновь полетели вниз, выйдя на новые минимумы. Для этого оказалось достаточно пары фраз, подтвердивших худшие подозрения. Пауэлл просто заметил, что «мягкая посадка» (победа над инфляцией без рецессии), хотя и возможна в принципе, но базовым сценарием ФРС уже не является.