Обнаженная Лола лежала на морском берегу, медленно перебирая свои золотистые волосы. Взгляд ее был обращен ввысь. Июньское солнце жадно и трепетно ласкало ее тело. Его лучи, обволакивая Лолу, проникали в каждый уголок ее безупречного тела. Она раздвинула ноги, и солнечный лучик незамедлительно скользнул туда, куда заглядывать разрешено не каждому. Томное тепло пробежало по ее телу, Лола заулыбалась от блаженства и нахлынувших мыслей. Солнце продолжало гладить ее бархатную белоснежную кожу, крася ее в оливково-шоколадный цвет. Роман Лолы с Солнцем длился достаточно долго, чтобы она могла разрешить ему такое фривольное отношение. Она была довольна. Лола перекатилась со спины на живот и тут же сжала ягодицы: «Ай». Солнце жарко укусило ее в упругую, розовую попку, сладостно подставленную Лолой под его разгоряченные лучи. Бесстыдно растянувшись на безлюдном пляже, Лола гладила прибрежную гальку, пахнущую морской пеной и думала о своем горячем любовнике.
«О, как он далеко и близко одновременно. Дотронуться до него я не могу, зато может он. Ну, что ж, этого достаточно». Лола оглянулась и через темные очки, сползшие на переносицу, посмотрела туда, откуда ее ласкало Солнце. « Да-ле-ко» - медленно повторила она. «Но как же ты горяч и оттуда». Она снова перевернулась, но уже на спину и широко раскинув руки, полностью отдалась его ласкам. Солнце страстно накинулось на беззащитное тело Лолы и стало нещадно испепелять его жаркими поцелуями, пока Лола не застонала. От страстной солнечной любви у Лолы закружилась голова, она поднялась и нерешительной походкой пошла к Морю. Его влажный язык сначала лизнул Лоле пятки, обдав живительной прохладой. Этого было недостаточно, и она сделала уверенный шаг вперед. Море продолжило, Лола тоже. Зайдя по пояс, Лола невольно сделала жадный, прерывистый вдох, море целовало ее везде, трепетно, и не решительно, как целуют девственники. Лола закрыла глаза и, закусив нижнюю губу, сделала шаг навстречу. Море поглощало ее насытившееся солнечными ласками тело, дав то, что не могло дать Солнце: Лола могла дотронуться до него.
Лола была счастлива, она откинулась на спину, море крепко и бережно держало ее в своих объятиях, унося все глубже и глубже, все глубже и глубже проникая в нее. Оно разлилось внутри Лолы и она, застонав от наслаждения, открыла глаза. Солнечный свет тут же ударил в них, ослепив своей любовью. Его лучи больше не были ласковыми и манящими, они жгли, как раскаленные иглы, беспощадно вонзаясь в ее тело, с такой любовью, разукрашенное им. Не ожидав удара, Лола выскользнула из объятий Моря, и тут же ушла в него с головой. Море поддержало ее, и она вынырнула. Она вытирало Море со своего лица, отплевывалась от него, пытаясь отдышаться. К такому погружению она не была готова. Море рассвирепело, загрохотало волнами. Оно было не единственным. Море поменялось, сделавшись из светло-бирюзового серо-сизым. Оно сжало ее руку ледяным холодом. Лола вскрикнула. Рука отяжелела и не двигалась от его жестких тисков. Лола поняла глаза кверху, ища защиты у Солнца, но оно отвернулось от нее, спрятавшись за черными облаками. Солнце плакало, горько переживая измену Лолы. Его слезы касались ее лица. Слезы потекли и из синих, как морские волны, Лолиных глаз. Ей было жаль потерять Солнце. Она любила его. Она хотела обнять Море, чтобы выплакать ему свою печаль, но Море разбушевалось, стало таскать Лолу за волосы, страстно окуная ее в себя. Лола захлебывалась от любви. Волны, источающие вопли Моря, разливались внутри её. Они с силой проникали в самую глубь и кипели там шипящей пеной, качая, поднимали Лолу вверх, а после, смиренно отхлынув, тащили ее вниз, окружая плотной стеной. Лола молила переменившегося к ней любовника пощадить ее. Но Море, обожженное разочарованием, охладело к ней. Холод объял Лолу, проник в нее, парализовав ее тело. Она растворилась в Море, опустившись на самое дно, в самое его сердце, успев сделать последний глоток воздуха и понять, что только он Воздух, не требуя ничего взамен, отдавался ей полностью, неся жизнь в своей любви. Только он Ветреный Воздух был необходим ей для счастья. Она пила его дыхание, не замечая, как он важен для нее, обращая внимание на других, поражающих своей яркостью и мощью. О, как она ошиблась.
На утро Море выплюнуло Лолу из своего чрева, Солнце так и не посмотрело на нее больше, прячась в пасмурных тучах, и лишь Воздух плакал над ней, протяжным воем развевая запутанные волосы и целуя истерзанные морскими камнями ступни. Его безутешные стоны долго разносились обреченным упреком над морской пучиной, доставая до самого Солнца.