Найти тему
IQ Media

Почему студентам из семей без высшего образования трудно учиться в вузе и как им помочь

Фото: iStock
Фото: iStock

Молодые люди из семей без высшего образования, поступив в университет, испытывают в новой среде немало трудностей — от академических до социальных и психологических. Среди их причин — недостаточные культурный бэкграунд и школьная подготовка, недопонимание возможностей, которые даёт университетское образование, «случайный» выбор вуза, незнание академических «правил игры», сложности с общением в новом сообществе. Но если не адаптироваться к непривычным условиям, есть риски затянуть обучение или отчислиться. Чтобы этого не случилось, студентам в первом поколении важно помогать влиться в университетскую среду. В проблемах и путях поддержки таких учащихся разбиралась социолог из НИУ ВШЭ Анастасия Лукина.

Массовизация высшего образования в мире во второй половине ХХ века сделала студенческий контингент более разнородным. В его составе стало больше учащихся из бедных и малообразованных семей, для которых раньше доступ в вузы был затруднен; взрослых людей, вернувшихся с рынка труда в систему образования; иммигрантов. Многие из них первыми в своей семье поступили в университет. Ни у их родителей, ни у бабушек и дедушек не было диплома вуза. Отсюда концепт — «студенты в первом поколении» (СПП).

В отличие от «потомственных» учащихся университетов — тех, у кого родители имели высшее образование, — студенты в первом поколении сложнее привыкали к новому образу жизни и с большим трудом налаживали контакт с педагогами и одногруппниками. Было немало переживаний: кто-то понимал, что хуже подготовлен, чем более привилегированные сокурсники, кто-то чувствовал себя чужаком, а кто-то убеждался, что выбрал не тот вуз или профиль (социально-экономический статус семьи, СЭС, — уровень образования и доходов родителей — в числе прочих факторов влияет на образовательный выбор). Так или иначе, СПП как уязвимой категории требовалась помощь в адаптации, а нередко — и финансовая поддержка.

Сегодня «студент в первом поколении» — общепонятная категория, её используют во многих странах мира, создавая государственные программы снижения неравенства в доступе к высшему образованию.

Острее всего проблема суженного доступа к высшей школе стояла и по-прежнему стоит в США и в Великобритании. Там и начали впервые активно исследовать СПП. Однако проблема неравенства и контрастов в выстраивании образовательных траекторий у представителей разных социальных страт существует во многих странах, и студентов первого поколения стали изучать в Канаде, Австралии, Израиле, Италии, Германии.

Фото: iStock
Фото: iStock

В России тоже было немало учащихся вузов в первом поколении. Доля людей с высшим образованием устойчиво росла после Октябрьской революции и особенно после Великой Отечественной войны. Университетская подготовка работала как социальный лифт, дающий молодёжи новые возможности — социальные, экономические, культурные. В постсоветские годы участие россиян в высшем образовании расширялось.

Уровень образования — собственного и родительского — по-прежнему лидирует в производстве социальных привилегий. Высшее образование — индикатор более высокого социально-экономического статуса. Добиться его могут и выходцы из семей с низким статусом, но с большими переживаниями, затратами сил и времени по сравнению со средним классом.

В изучении специфики образовательного опыта студентов в связи с уровнем образования их родителей учёные обычно опираются прежде всего на теории воспроизводства социальной структуры в классовых обществах. Предполагается, что классовая принадлежность может определять способы мышления, действования, смыслообразования, интерпретаций, самоидентификации человека.

В том же ряду — образование человека, которое во многом определяется социальным происхождением. Исследования СПП в этом русле во многом опираются на теорию французского социолога Пьера Бурдьё, ролевую теорию американского учёного Джорджа Герберта Мида и модель интеграции социолога из США Винсента Тинто.

По Бурдьё, интериоризация (присвоение) новых норм и ценностей осложняется стойкостью прежних. Габитус — ориентации, наклонности, поведенческие модели, усвоенные при первичной социализации, — классово специфичны. Дети из простых и «ресурсных» семей воспитываются по-разному, поэтому их способы мышления и действия различаются.

Фото: iStock
Фото: iStock

В университете студенты первого поколения переживают драму трансформации или «надлома» габитуса. Резкая смена культурного и социального контекста ломает систему «навигации» человека по социальным институтам. Прежние стратегии поведения и общения в новых условиях уже неэффективны, а более подходящие аналоги ещё нужно нарабатывать. От старого круга общения учащиеся отдаляются, а новые социальные связи возникают с трудом. Чувство принадлежности к университету — тоже под большим вопросом. По сути, студентам первого поколения приходится лавировать и переключаться между разными мирами — семьей и вузом.

Если рассуждать в терминах культурного и социального капиталов (культурных запросов и круга знакомств человека), то неудачи СПП нередко связывают именно с дефицитами этих ресурсов. Речь идёт о нехватке знаний о специфике, ценностях и механизмах работы высшей школы, о невстроенности студента в социальные отношения, дающие доступ к нужной информации. Со всеми этими лакунами СПП с большим трудом адаптируются к новым реалиям.

Ролевая теория связывает уязвимость учащихся вузов в первом поколении со сложностями освоения ими принципиально новой ролевой модели студента. Речь во многом — о тех же правилах игры, «негласных договоренностях», принятых в университетской среде и незнакомых СПП. Не зная их, учащиеся не могут соответствовать ролевым ожиданиям.

Фото: iStock
Фото: iStock

Модель интеграции Винсента Тинто — автора работ о причинах отчисления студентов — связывает выбытия с неудачным встраиванием студентов в университетскую среду. Это распространяется и на СПП.

Применяя метафору самоубийства из теории французского социолога Эмиля Дюркгейма к учёбе в вузе, Тинто утверждает, что прерывание обучения в высшей школе аналогично прерыванию жизни в большой социальной системе и связано с нехваткой взаимодействия с другими и несоответствием ценностям колледжа. Для успеха СПП нужно интериоризировать новые ценности — «переродиться» в представителей среднего класса. Таким образом, для снижения уязвимости студентов первого поколения необходимо работать с их культурными и социальными дефицитами.

Отдавая предпочтение тому или иному университету, учащиеся вуза первого поколения не всегда понимают опции, которые предоставляет высшее образование (в частности, они недооценивают зарплатную «премию» для обладателей вузовского диплома). У них могут быть собственные представления о рынке труда. А притязания могут быть как завышены, так и занижены — в силу недостаточной информированности.

Противоречия между образовательными и профессиональными планами, с одной стороны, и инструментами, выбираемыми для их реализации, — с другой, фиксирует парадокс притязаний (ambition paradox). Предпочтение может быть отдано вузу / специальности, не соответствующим интересам и планам.

Нужно учитывать, что в семье без опыта высшего образования абитуриенту едва ли дадут ценный совет о выборе вуза. Семьи с низким статусом с трудом находят нужные сведения о поступлении в университет. Они меньше, чем представители среднего класса, знают о требованиях, предъявляемых к поступающим. В результате учащиеся могут выбрать более слабый вуз, чем они заслуживают в действительности.

Студенты первого поколения часто уступают более «ресурсным» сокурсникам по имеющимся компетенциям и результатам. Дело, как правило, в качестве школьного образования. Дети из бедных и малообразованных семей реже учатся в школах с углубленным преподаванием предметов (и реже имеют возможность перейти в такие школы).

Установки учителей также не способствуют достижениям. Педагоги не ждут от учащихся из уязвимых групп высоких результатов. Всё это делает проблематичной хорошую подготовку к ЕГЭ и, соответственно, поступление в элитный вуз.

Школьные практики могут оказывать долгий негативный эффект и в другом смысле. Если в школе допускают поверхностное знакомство с учебным материалом, студенты могут применять такой подход и в университете. А это отрицательно скажется на результатах учёбы.

Студентам первого поколения требуется больше времени для понимания требований, предъявляемых к ним в вузе. На занятиях таким учащимся нужно представлять материал более конкретно и структурировано — это повышает успеваемость.

СПП и их сокурсники из семей с высшим образованием применяют разные стратегии отбора и усвоения информации относительно учебного процесса. Ребята из образованных семей прежде всего знакомятся с официальными документами, программами курсов или обращаются к преподавателям напрямую. СПП же избегают такого общения и опираются на собственную трактовку устных объяснений преподавателей.

Учащиеся вузов в первом поколении не ищут внешней поддержки в случае трудностей в обучении, реже прибегают к услугам репетиторов и помощи сокурсников. Они скорее обратятся к онлайн-ресурсам или станут разруливать проблемы в одиночку.

Правильно управлять своим временем — корректно оценивать трудозатраты на подготовку к занятиям — для студентов первого поколения тоже непросто. Отчасти это связано с совмещением учёбы и работы — последняя забирает больше времени. В результате успеваемость падает.

Из-за «перевеса» работы у СПП остаётся мало времени на студенческие внеучебные активности, на встречи с друзьями и отдых. Не удивительно, что у таких учащихся отмечены более высокие показатели стресса, эмоционального напряжения и депрессии, чем у их однокурсников. Всё это вкупе со сложностями социализации в вузе может подтолкнуть к выбытию из него.

Фото: iStock
Фото: iStock

У СПП повышены риски преждевременного прекращения обучения. При этом критические — первый и второй курс. Ещё один риск — завершение учебы с запозданием. А порой — и без диплома.

Категория студентов в первом поколении — яркий кейс, иллюстрирующий устойчивость механизмов неравенства. Унаследованные культурные дефициты плохо сказываются на процессе обучения и в итоге мешают полноценному запуску социальной мобильности. Болезненная адаптация в университете может стать причиной отчисления — и тогда социальный лифт остановится.

«Нестабильное положение СПП в системе образования создаёт угрозу <...> психологическому благополучию, повышает вероятность социальной изоляции вследствие разрыва прежних связей и неудач в построении отношений в новом культурном контексте», — подчёркивает Анастасия Лукина.

С учётом всего этого студентам первого поколения необходимо оказывать поддержку: больше информировать о высшей школе и университетской жизни, стараться вовлечь в общение с преподавателями и сокурсниками и во внеучебные мероприятия. Нужно оказывать при необходимости психологическую помощь. Если все эти меры действуют, у социального лифта гораздо больше шансов работать исправно, не останавливаясь на полпути.

По материалам IQ.HSE