Осень. Это моё любимое, надо сказать, время: ранняя осень, сентябрь. И я просто иду с работы и получаю удовольствие, наблюдая за повседневной жизнью сентябрьского города.
Вот, например, осенние мухи - удивительные существа: на улице они радуют глаз лишним напоминанием о том, что тепло ещё не ушло и остались какие-то отдельные штрихи лета, их жужжание мило, как мурлыканье котят или музыка вальса, но стоит такой мухе попасть в комнату - и она заполнит собой всё пространство, умудряясь жужжать одновременно в оба уха, садиться одновременно на обе щеки, попадать в чай или суп, заглядывать в глаза, ползать по рукам и ногам, забираться везде, где только может забраться существо её размера.
Однако, заметьте, если вы встанете с места в решимости задать ей наконец перца, она исчезает куда-то в третье измерение и пребывает в нём всё то время пока вы с мухобойкой в руках ходите по комнате оглядывая и стены, и потолок. Но едва только, отчаявшись найти это проклятое насекомое, вы кладете мухобойку и снова садитесь, она возникает из небытия и принимается за старое. А именно, досаждать вам, находясь одновременно в десяти местах на вашей коже. Мне вообще кажется, что в сентябре мухи становятся липкими, как те декоративные мушки, которые некогда аристократки украшения ради сажали себе над губой или у виска.
А две галки меня, честное слово, малость напрягли. Сначала я их увидела около продуктового магазина, и они мне сразу показались необычными. Они что-то клевали, периодически отвлекаюсь и порыкивая на прохожих. Да-да именно "порыкивая". Слышала я, как кричат нормальные галки - у нас во дворах их полно. Их возгласы резкие, похожи на перебранку хрипловатых базарных торговок.
Нет-нет, здесь было другое. Не знаю, владеют ли галки искусством звукоподражания. Эти, безусловно, владели, потому что звуки, которые они издавали, больше подходили каким-нибудь шарикам или бобикам, охраняющим свою кормушку.
Так вот, эти что-то расклёвывали на пару за высоким бордюром около крыльца магазина. И стоило кому-то попытаться пройти мимо них на расстоянии недостаточно отдалённом, чтобы не раздражать, обе галки разражались вполне себе рычанием.
Зарычали так они и на меня. И тут я увидела, что именно они расклёвывают. Это был пакетик собачьего корма "Чаппи". Поневоле призадумаешься: это так, косплей, или, может быть, некоторые птицы страдают той формой шизофрении которая заставляет вообразить себя собакой?
На подвядших газонах цветы, названия которых я по большей части не знаю, но которые хотела бы посадить у себя на даче. "Умная камера", глядя на яркий, похожий на георгин, но с другими листьями, алый цветок, глубокомысленно изрекла, что видит " металлическое ограждение голубого цвета". Родная, как мне объяснить тебе, на что смотреть?
Последние велосипедные поездки по посадкам НИИ, потому что скоро дожди -и развезёт. Но я ещё успею урвать несколько дней красоты разноцветной листвы и шустрых, в преддверии зимы и в хозяйственных заботах окончательно обнаглевших, белок.
В общем, лето прощается с городом и окрестностями.:
Прощается лето с полями, лесами...
- Когда возвратишься?
- Не скоро, не скоро...
Где лес развесёлый звенел голосами,
Зима наметёт белоснежные горы.
- А что же твои голосистые птицы?
- Они улетят за морские просторы.
- Но им же придётся весной возвратиться?
- Конечно, придётся,
Но тоже нескоро...
Завянут цветы.
Золотистые кроны
Осыплются наземь,
Как ржавые клочья,
И вьюга мотив заведёт похоронный
На долгие, долгие, долгие ночи.
Попрячутся пчёлы, умолкнут цикады -
Уже не услышишь вечернего хора.
- Но лето вернётся! Всё будет, как надо!
- Но это нескоро,
Нескоро,
Нескоро...
