Жил в XIX веке в Москве известный булошник и кулинар Иван Филлипов. Вот, кстати, он сам и его пекарня с персоналом.
А это его усадьба в Щаповском поселении Москвы, квартал №398. Вдруг интересно посетить.
Слава о его булках ходила по Москве немалая. Любили вкусную сдобу и стар, и млад, и помещик, и приказчик, и лекарь, и простой рабочий, и даже гражданин поэт.
А больше всего любил потчевать себя Филлиповскими сайками по утрам цельный московский генерал-губернатор граф Арсений Закревский. Фотка ниже.
Долго ли, коротко ли, а однажды утром Закревский за завтраком вкушал сдобные саечки. Чайком запивал. Вареньем вишнёвым закусывал. В общем, не жизнь, а малина.
Вдруг — откуда ни возьмись появился таракан. Тараканище!
Да, да! В сайке от Филлипова оказался таракан. Запечёный, само собой.
Ух, как кричал граф! Как ругал, поносил на чём свет стоит Ваньку Филлипка, растяпу и обманщика этого. Ух! Каторгою угрожал. Велел доставить булошника к себе. Пороть, наверное, хотел. Потому что, это в Китаях всяких принято тараканов печёный есть. А у нас такое считается злом. Что, безусловно, правильно.
Солдаты и городовые доставили Ивана Филлипова в дом к графу. Граф красный весь, аки рак варенный, сидит, сопит. Филлипов поклонился и выясняет, что же графа дорогого нашего свет Закревского, при котором Москва похорошела, как при Собянине, так взволновало?
Закревский бросил сайку на стол. Гляди, - говорит! Таракан! Нет! ТАРАКАНИЩЕ!
Филлипов не растерялся. Схватил булку и говорит: изюм это, ваше благородие. Изюмчик. Булку в рот и бежать.
Бежал Филлипов не в Грузию, конечно, как сейчас принято. А к себе в пекарню. Прибежал, схватил миску изюма и в сдобу бросил всю. Без миски, конечно.
С тех пор Филлипов неизменно готовил сайки с изюмом. Да. Но это еще не всё.
Москва - город маленький же, как большая деревня. Это все знают. И вот пошла молва про Ивана Филлипова и как он тараканом самого Закревского накормил.
Дела у Филлипова пошли в гору еще больше. Потому что сам генерал-губернатор Москвы его сайки с тараканом вкушал и продолжает вкушать. Знать, вкусно.
А когда булошник отдал Богу душу, то один поэт по фамилии Шумахер (гонщик, наверное, но это не точно), а по имени Пётр (точно не гонщик), написал про него эпитафию:
Вчера угас ещё один из типов,
Москве весьма известных и знакомых,
Тьмутараканский князь Иван Филиппов,
И в трауре оставил насекомых.