– Как вы в СКА получили номер 81? Во‑первых, под ним раньше играл и другой новичок Брендан Лайпсик. Во‑вторых, всем известно, что это номер Романа Ротенберга.
– Когда мы только начали переговоры с Санкт‑Петербургом, мой агент Шуми Бабаев попросил, чтобы я получил номер 81 в новой команде. Для нас это был принципиальный вопрос. Я под ним раньше играл, и хотелось бы его сохранить.
Я тогда еще только читал, что еще в СКА может перейти и Лайпсик. Так что в этом смысле не было конкуренции. И получилось, что я подписал контракт раньше, сразу забрал номер. А когда пришел Лайпсик, я у него спросил: «Ты не обижаешься?» Он ответил, что тоже хотел бы 81‑й. Не знаю, как к этому относиться. Но это также и мой номер. Я на него тоже претендовал – и просто не уступил.
– А почему вы под ним играете? Вы ведь не 1981 года рождения.
– Я всю жизнь играл под номерами 18 или 28. У меня восьмерка всегда доминировала в выборе номера. В итоге я пришел к тому, что 8, 18 или 28 – под ними всегда кто‑то где‑то играет. А вот номер 81 не особо ходовой. Взял его в первый сезон в молодежке и неплохо выступил. Понравилось число, и я решил ассоциировать его с собой.
– Я заглянул в клубный магазин СКА – там целая линейка товаров с номером 81.
– И я понимаю, почему. Осознаю ответственность, которую беру на себя. Сначала ребята в раздевалке надо мной подшучивали: «Ты понимаешь, что носить номер 81 в СКА – это не просто так?»
Но так вот сложилось. Может быть, к счастью, что у нас одинаковые номера с Романом Борисовичем. Надеюсь, это мне принесет удачу, – сказал форвард клуба из Петербурга.
У СКА катастрофа с голами. Забивает в два раза меньше, чем в прошлом году, хотя бросает даже больше
