С 20 сентября 2002 года Бодров официально считается пропавшим без вести вместе со съёмочной группой во время схода ледника Колка в Кармадонском ущелье Северной Осетии, где проводились съёмки фильма «Связной». Всего ледник скрыл под собой более 120 человек и две турбазы. Тело Сергея Бодрова так и не было найдено.
Говорил о нём с Петровым Александром:
У вас есть кумиры?
– Есть! Я не могу назвать это словом «кумир»… хотя, нет, наверно, оно здесь подходит, – человек, на которого я обращал внимание и в детстве, и в юности, и сейчас; человек, на которого достаточно часто равняюсь - это Сергей Бодров.
Из всех российских актёров ну, именно из российских, этот человек мне ближе всего и по духу, и по тому, что он говорит, и по тому, что он делал, и как он это делал.
И я думаю, что та искренность, которая идёт от этого человека, откуда-то изнутри, искренность, которой обладает крайне мало в принципе людей, потому что пытаются это всегда закрыть и ни в коем случае никому не показывать, и это у него есть, и он это никогда не скрывал, и он так жил. И… так играл.
Многие называют это не игрой, а абсолютным проживанием каким-то, существованием.
Во-первых, таким документальным в кино, и во-вторых, та энергия, которую он излучал именно, искренняя какая-то энергия, она подкупала людей, поэтому за ним полстраны пошло, и окрестили его сразу "героем нашего времени".
Вы считаете, то, что он так трагически ушёл – имело значение в создании культа? То, что он то ли погиб, то ли не погиб… А если погиб, то трагически, сурово…
– Это вопрос, которым я тоже задаюсь очень часто, я просто себя иногда спрашиваю. Если мы сейчас говорим про Сергея Бодрова, например, он бы не умер, он жил бы среди нас сейчас – в каком бы кино он снимался?
Кем бы он был?
Что бы он делал?
Он выбрал режиссёрский путь…
Меня всегда поражало наличие в нём «содержания». Он действительно завораживал, при том, что, как мне кажется, играл всегда, условно говоря, ну, самого себя. То есть перевоплощений никаких, как бы, не было.
– Я понимаю, о чём вы говорите, но… одно же другому не мешает. (Смеётся)
Я не очень представляю Бодрова в роли Гамлета… То есть я представляю, что это опять же был бы такой Бодров. Насчёт Гамлета, кстати, хотел спросить - вы ушли от Калягина к Меньшикову, потому что вам Меньшиков Гамлета предложил?
– Нет, там была совершенно другая история. Мы искали возможность где-то играть дипломный спектакль, который мы играли в ГИТИСе - "Божьи коровки возвращаются на землю" Сигарева. И пытались как-то "сконнектиться" с худруками Московских театров, но мы ни на что не претендовали. И в какой-то момент Олег Евгеньич посмотрел спектакль. Понятно, что это, ну, не его пьеса, это не его тема, и это не его спектакль. И он не взял. Но взял режиссёра этого спектакля и артиста этого спектакля: Меньшиков предложил именно мне и Валерию Саркисову поставить "Гамлета" у него.
Но, конечно, тут выбор был очевиден, внутренняя интуиция сказала мне, что туда надо. Потому что Олег Евгеньич - человек, из вот этого короткого списка артистов, на который хочется по-настоящему равняться.
Вот наряду с Бодровым, я думаю, стоИт Меньшиков, для меня…
Кстати, они прекрасно вместе работали, то есть у них тандем такой.
– К сожалению, я не знал Сергея, но я просмотрел много его интервью. Конечно, просмотрел фильмы, интервью про него, и слышал много историй от людей, которые его знали, и так далее, и так далее. Иногда я как-то питаюсь энергией и от его фильмов, и от его каких-то высказываний. Мне действительно очень близко.
То же самое, наверно, от Олег Евгеньича. То есть я понял, что это человек, у которого хочется и учиться, и с которым хочется работать, и с которым хочется сделать крутое, масштабное и так далее в театре.
Я понял, что это абсолютно мой человек по духу, и нужно было просто сделать выбор. Хотя только-только выпустился из института, а уже нужно было делать такой выбор.