Это были не привычные сандалии, а настоящие туфельки на маленьком каблучке. Мечта любой девчонки! Белоснежные, изящные, так упоительно пахнущие новой кожей. И сегодня, спустя много лет, я помню их до мельчайших деталей. В тот год новые туфли мне купили к первому сентября. Я шла в школу в первый раз, причём, в совершенно новую школу, и очень этим гордилась. Белые банты, белый фартук, белые гольфы, белые туфельки! И только огромный букет гладиолусов был ярко-оранжевым. На первой в своей жизни школьной линейке я чувствовала себя именинницей!
А после – был семейный праздник по поводу важного события. Приехали бабушки, мы вместе пили чай с тортом, все меня поздравляли и желали успехов в учёбе. Потом гуляли на Короленковских прудах. Я шла особняком, как и подобает совершенно взрослой самостоятельной девочке (именно такой я себе тогда и казалась). Мои родные, беседуя между собой, отвлеклись, и вскоре остались далеко позади.
Я шла и вертела головой по сторонам – смотрят ли на меня прохожие, видят ли мои банты и новенькие, сразу ставшие самыми любимыми, туфельки. И вдруг, откуда-то из-за кустов, прямо на меня вылетела огромная чёрная собака! «Собака Баскервилей!» – прокричала паника в моей голове. Сэра Артура Конан Дойля тогда я ещё не читала, но часто с удовольствием, хотя и не без страха, слушала вольные пересказы его детективов, гуляя летними вечерами во дворе со старшими подружками. После таких прогулок, в темноте я чувствовала себя как-то неуютно. И если вдруг случалось, что в подъезде не было света, на свой этаж взлетала пулей.
Так вот, собака стремительно неслась прямиком на меня, – пасть открыта, глаза горят! И я побежала… в пруд!!! Ноги мои тут же увязли в донном иле, и очаровательные новенькие туфельки были безнадёжно испорчены. Сама же я до нитки промокла, и плакала совсем как маленькая. А страшная собака Баскервилей оказалась не монстром вовсе, а вполне дружелюбной овчаркой, кстати, совсем ещё нежного возраста. Видимо, я ей понравилась в своей торжественной одежде, и собака просто приглашала меня поиграть! Вот так. У страха, как известно, глаза велики.
Сегодня, когда чего-нибудь боюсь, я снова становлюсь маленькой девочкой. Ненадолго. Затем вспоминаю испорченные туфельки, успокаиваю себя, и смотрю на ситуацию со стороны – так ли на самом деле страшна эта «собака Баскервилей». Я говорю своему страху: «Ан гард!» Бывает он сдаётся без боя.
Если вам понравилось, подпишитесь на канал, чтобы не пропустить новые публикации.