Наташа озадаченно разглядывала флешку, которую ей кинули в почтовый ящик. Она держала маленький черный кусочек пластика на ладони и размышляла. Утром, когда Наташа уходила на работу, флешки еще не было, ящик был пуст. Вечером же Наташа не заметила бы ничего подозрительного, если бы не очередная реклама. Стоило вытащить раздражающий глянцевый лист, как вместе с ним выпала флешка. Возможно, курьер ее случайно кинул, но Наташа в этом искренне сомневалась. Она не могла представить себе, что нужно сделать курьеру, чтобы случайно выбросить флешку в чужой почтовый ящик. Так что кинули ее, скорее всего, нарочно. И совсем не обязательно, что курьер, или как эти разносчики газеты называются…
Теперь Наташу мучило любопытство. С одной стороны, она хотела посмотреть, что сохранено на этой флешке, а с другой стороны, прекрасно понимала, что здесь может быть чужая личная жизнь. Ей бы не понравилось, если бы в ее файлах кто-то копался. Но она бы и не стала разбрасываться своими вещами.
Смотреть или не смотреть?
Марку флешки Наташа не знала, как не знала и того, где ее произвели. Скорее всего, это китайская поделка, но всякое может быть. Вздохнув, Наташа сунула флешку в карман и пошла домой.
Про флешку Наташа вспомнила только перед сном, когда хотела почистить пиджак, в котором ходила на работу. Из кармана вывалилась флешка и укоризненным черным пятном осталась лежать на светлом ковре. Наташа посмотрела на флешку, посмотрела на свой ноутбук и вздохнула. Ее любопытство было сильнее страха потревожить чужую личную жизнь. И, решившись, Наташа ощутила какую-то свободу в плечах. Теперь можно не колебаться, а действовать.
Она подняла флешку и села за ноутбук. Флешка будто бы нагрелась в ладони, став ощутимо горячее. Однако Наташа не обратила внимание. Дождавшись, пока загрузится заставка, Наташа подключила флешку и с нетерпением ждала нужное ей окно с файлами. Что же там будет такого, думала она, фотографии, письма или какой-нибудь роман, который можно опубликовать?
Хотя последнее вряд ли.
Даже если там и будет рукопись, то роман от своего имени публиковать некрасиво, а чужой не позволительно.
В окошке был всего один файл, и этот файл назывался очень странно - миг. Миг это мгновение, короткий промежуток времени, напомнила себе Наташа, но все равно не поняла, что может скрываться за этим названием. У нее не было другого способа узнать это, как открыть папку.
Видеофайл.
Теперь она могла с чистой совестью закрыть флешку, что Наташа и сделала. Она не хотела смотреть чужие праздники, не хотела видеть чужие счастливые лица. А если это не праздник, то тем более неинтересно, и так своих проблем хватает в жизни.
Флешка полетела в ящик стола, Наташа ушла спать. Утром же она отправилась на работу, но все ее мысли вертелись возле этой странной флешки и видеофайла. Может быть, там что-то очень важное, вдруг это запись преступления, и нужно отнести ее в полицию, или же это признание девушке, и тогда… стоит найти девушку? А может это вообще вирус какой-то, и она скоро останется без ноутбука.
Так и не выдержав неизвестности, Наташа забыла даже об ужине. Она вытащила флешку и включила ноутбук. С трудом дождавшись, пока флешку можно будет воткнуть и зайти в видео, Наташа чуть не уронила свой компьютер.
Видеофайл загружался медленно и неохотно, казалось, что флешка держится за него и не хочет на свое место, но Наташа справилась, она даже успела заварить чашку кофе, сделать себе бутерброд и сесть перед компьютером, попивая горячий напиток. Файл все еще грузился.
Наташа почти задремала, когда раздался странный звук, будто кто-то пискнул, и чуть не выплеснула от неожиданности кофе.
На экране появилась красивая заставка, она напоминала обложку какого-нибудь фотоальбома, затем пропала, и Наташа увидела пятилетнюю девочку. Секунду или две они разглядывали друг друга, словно могли разговаривать, и экран монитора не был помехой им.
-Ты…
Наташа ощутила, как охрип ее голос. Она знала эту девочку, никогда бы не перепутала ни с кем, несмотря на то, что для других таких была дюжина на двадцать…
Девочка ничего не ответила, она продолжала стоять и смотреть, теребя край юбки. Напряжение сгустилось настолько, что казалось, сейчас все взорвется, и первой не выдержала Наташа. Она ощущала, что расплачется, как последняя истеричка.
-Ты…
Снова повторила Наташа, но девочка продолжала молчать, хотя таймер показывал, что время идет, и пора бы ребенку хоть что-то сделать.
Девочка подняла взгляд и прижала палец к губам. От этого Наташе стало не по себе, и она вцепилась в край стола, тяжело дыша и все еще не переварив увиденное. Что происходит? Почему…
Почему этот ребенок на флешке, ее никто не снимал… И такого точно не было, Наташа может поклясться чем угодно. Однако девочка жила собственной жизнью. Опустив руку, она шагнула к экрану, который почему-то начал мерцать, и накрыла его ладонью. Она улыбалась, и эта улыбка будила что-то очень важное.
Наташа закрыла глаза, восстанавливая дыхание. Она вспомнила, как ей было пять лет и она хотела игрушку. Игрушка была не такой уж дорогой, но попала прямо в сердце. Родители ее спросили, купить или нет, но Наташа боялась согласиться, она знала, как им тяжело с деньгами. И она заставила себя молчать, заставила себя закрыть глаза на собственное желание.
Что потом?
Этот незначительный эпизод стерся из памяти, но остался жить где-то на задворках подсознания. Не такой уж и незначительный, подумала она, вытирая пот со лба носовым платком. Какое-то время Наташа молча разглядывала черный экран, затем поднялась и взяла телефон.
Пусть над ней смеются, но она купит эту игрушку для той маленькой девочки, которая осталась в далеком прошлом.