Это очень известный фильм. Но я почему-то ни разу его не видела целиком. Когда его часто показывали, я была слишком мала, чтоб понять. Сам жанр сложный для понимания. Пожалуй, только Георгий Данелия умел снимать такое кино – в жанре печальной комедии.
Здравствуйте!
Фильм этот, кстати, не теряет популярности. Его по-прежнему пересматривают, ценят, любят и активно обсуждают. И сюжет здесь вторичен. Все ужё всё посмаковали.
Теперь-то, когда принято вываливать на публику изнанку собственной жизни и с наслаждением перебирать нечистое бельё, мы знаем, что для режиссёра это была личная история. Возможно, и сам пытался разобраться: почему мужчина не уходит от жены к молодой влюблённой подруге?
Впрочем, ответа на этот вопрос никто до сих пор не нашёл: ни наука, ни искусство, ни сплетницы дворовые.
Теперь, когда смотришь этот фильм, не очень понятно, что женщины нашли в Бузыкине? Нет, с женой как раз всё ясно: много лет вместе, дочь вырастили, добра нажили, всё устоялось.
Но зачем он нужен молодой машинистке? Особой витальности в нём нет, должностей не занимает, карьера условная. К успеху не рвётся. Да и по жизни – сам не знает, чего хочет. Сорокалетний усталый мужчина.
Непонятно, кстати, зачем Андрею Петровичу нужна Алла. Особой любви давно уже нет, отношения тягостные. Аллочка, конечно, хороша в духе времени. С претензией на французский шик: стройная, поэтичная, подчеркнувшая свою одухотворённость чёрной водолазкой. Но очень уж проблемная. И нет от неё радости, которой можно было бы ожидать от юной одухотворённой особы. Всё давно известно: когда позвонит, что скажет, как вздохнёт.
Такое впечатление, что герои несут тягостный груз, выполняют социальные обязательства. Должна быть у творческого человека муза. Всё же переводчик, интеллигенция.
Вот и живут по инерции. И сами не знают, чего хотят. А бесцельность заменяют возлияниями и душевными метаниями.
Кстати, в окружающем мире эти метания тоже заметны. В обжитой квартире Бузыкиных – сплошная эклектика: антикварно-модернистский интерьер, захламлённый нереализованными амбициями.
Вся повседневность заполнена экзистенциальной осенней тоской. Хотя вроде жизнь даёт героям широкие возможности. Особенно Бузыкину.
У него есть воплощённая мечта советского интеллигента: свой собственный иностранец. И не какой-нибудь представитель соцлагеря, а прямо датчанин. Есть возможность и себя показать, и к европейским ценностям приобщиться.
Только мудрый Данелия точно подметил: на самом деле не нужны советской интеллигенции никакие западные ценности.
На самом деле никто не хочет вылезать из уютной постели. И никто не согласен менять тёплые пуховые одеяла на тощую синтетику.
Никто не хочет отказаться от примерных сроков исполнения работы в пользу жёстких дедлайнов.
А пришлось
И нет теперь того мира, что уютно обволакивает людей семидесятых. Остался только в фильме. Волшебный город Ленинград.
Пустое гулкое метро.
Время побыть наедине с собой.
Никто не замечает, не считает это благом. Никто не подозревает, как скоро и неотвратимо всё изменится.
Зато со временем мы научились обрывать тягостные телефонные разговоры, отсекать унылые отношения и закрывать дверь перед назойливыми соседями.
Но это случилось потом. А пока вынимает душу бесконечная ленинградская осень.
Но если присмотреться – можно заметить, что осеннюю интонацию Георгий Данелия постоянно пытается обнадёжить весенним подтекстом.
И скрашивает повседневностьудивительная музыка Андрея Петрова.
А герои не замечают красоты, всё хотят убежать куда-то. И не слышат предупреждений, не придают смысла сто раз читанным словам Достоевского:
За кого ты себя почитаешь, фря ты эдакая, облизьяна зелёная.
И не понимают, что на самом деле не нужно им в цивилизованный мир. Где некогда будет бегать по личным делам, а надо будет зарабатывать деньги. Где некогда будет обмывать ремонты и знакомства, а придётся беречь здоровье.
Пустите нас в европейцы, только чтоб не бегать по утрам!
Интеллигентная история, а потому осенняя.
Со смыслом: цените то, что есть. Особенно осенью.