Пока догорали позиции немцев под Сталино, Манштейн уже отдал приказ об отходе основных сил группы армии «Юг» за Днепр. Логика в его решении была. Южный фронт Толбухина с лета 1943 года разгромил две последних «непреступных» линии немецкой обороны перед Днепром: знаменитый мегаукрепленный Миус-фронт по реке Миус и нелепую, но опасную «Черепаху» по реке Кальмиус. Ловить немцам, кроме своей смерти, там больше было нечего. Даже Гитлер, который еще в конце августа в ставке Вервольф орал на Манштейна, обвиняя его в паникерстве, и тот к сентябрю сник.
Разгром линии обороны «Черепаха», взятие Сталино и Мариуполя вынудили противника спешно отходить к Днепру. Немцы, используя тактику «выжженной земли», уничтожали и вывозили любое ценное имущество в деревнях на подступах к Гуляйполю.
Уже с утра 12 сентября 5-й гвардейский кавалерийский корпус вместе с 11-м танковым подошли к речке Мокрые Ялы. Здесь, недалеко от Гуляйполя, у немцев оставалась официально предпоследняя линия обороны на левом берегу Днепра. Назвали ее «Позиция Крокодил». «Крокодил» был похож на «мини-Черпаху»: все те же ДОТы и ДЗОты, бетонные и металлические колпаки над шахтами, в которых сидели испуганные австрийцы. Немцы отходили к Днепру, прикрываясь мобильными и дерзкими арьергардными отрядами. Стрелки 5-й армии Толбухина, смяв «Крокодил», подходили к последнему оплоту фашистов – позиции «Ехидна Амфибия». Этот укрепрайон простирался от Урзуфа (побережье Азовского моря) через Кубышево и Гуляйполе далее на северо-запад.
Было очевидно, что центр Ехидны проходит как раз строго мимо Гуляйполя. Вдоль гуляйпольского немецкого участка все время летали «мессеры» по 10-20 штук. Они выкашивали советских штурмов, которые по роте-другой пытались подступиться Ехидне.
Понимая, что атака в лоб приведет к большим потерям времени и людей, командование поручает стремительно захватить сам город Гуляйполе. Стремительно и быстро в условиях города – это только рейд кавалерийского корпуса. Накануне сражения кавалеристы и танкисты выходят на восточный берег реки Гайчур южнее Гуляйполя. Вскоре и восточнее Гуляйполя появляются бойцы гвардейской дивизии.
Лавина кавалеристов скатилась в долину реки Гайчур и сразу же была встречена немецкими истребителями. Атака захлебнулась. Решили поступить по-другому: зайти на Гуляйполе с другой стороны, теперь уже с юга. В бинокли был виден сам город. На зданиях местного кирпичного завода немцы оборудовали пулеметные точки, из окопов показывались стволы пушек и танки. Все южные подходы к городу простреливались - наши были как на ладони.
Решение принимается быстро: атаковать всей огневой мощью, пехотой и артиллерией, бьющей прямой наводкой. Батареи артполка Василия Косова начали по прямой разбирать позиции немцев. Только после подавления немецкой артиллерии в атаку пошла пехота. Первыми на холм, где располагался кирпичный завод, ворвались стрелки майора Николая Чеснокова. Во все окна и дыры полетели гранаты. Сопротивление немцев на территории завода прекратилось к обеду.
Одновременно с востока в город заходили штурмы – донские казаки. Заняв город, кавалерийская дивизия и стрелки решили атаковать последние высоты неподалеку от города над долиной реки Гайчур. На этот раз вовремя подоспела зенитная батарея. Снова появившиеся было «мессеры» были моментально рассеяны огнем с земли. Это была последняя авиационная атака немцев на Гуляйпольском направлении. К вечеру 16 сентября Гуляйполе был очищен от оккупантов.
За годы войны в городе немцы установили настоящий террористический режим. Сначала в Гуляйполе были размещены подразделения 6-й армии, предыдущая версия которой уже нашла себе могилу в Сталинграде.
Террором руководил комендант города Рихард Вайрес. Вайрес был маниакально жестоким существом. Для расстрелов по его приказу был оборудован близлежащий овраг. Почти две с половиной тысячи мирных жителей были уничтожены именно там. Когда советская армия подходила к городу, в нем практически не было целых домов. Все было сожжено или разграблено. Вайрес беспрекословно выполнял указания начальника военно-экономического штаба «Ост» Отто Штапа: земля Донбасса должна быть разорена дотла!
Когда новость о взятии Гуляйполя пришла в Москву, на центральной площади города в братской могиле уже были похоронены 130 советских воинов 41-й национальности. Командующий Южным фронтом Федор Толбухин приказал наградить солдат и офицеров. До окончательного освобождения Донбасса оставались считанные дни.
Историк Константин Кусмауль специально для проекта @wargonzoya
*наш проект существует на средства подписчиков, карта для помощи 4279 3806 9842 9521