Глава 24
Ценности
— Где я? — Лена едва отошла от приступа кашля. В горле першило, и глаза слезились. Сквозь мутную пелену, она различила перед собой силуэт.
— Вот те на! Живая, блин! А я уже скорую и полицию вызвал.
— Юра? Ты меня не бросил?
Очертания обрели чёткую форму очень обрадовавшегося тому, что она пришла в себя, человека. Лена начала с трудом, как из глубокого колодца, вылавливать воспоминания. Она хотела умереть. Почему? Что с ней произошло? До возвращения в подвал она бродила по улицам, часами, ей было очень плохо, и сильно болела голова. Точно, она вела себя, как сумасшедшая, сжимала виски и пыталась заткнуть пальцами уши. Чтобы не слышать крик, ужасный крик, этот голос, знакомый, родной. Господи, Митя! Это кричал Митя! Как он на неё смотрел, с любовью и заботой, а она…
— Юра, зачем ты меня вытащил? — Лена затряслась в сдавленных рыданиях. — Я — чудовище, мне нельзя жить!
— Дура ты!
— Что с Митей? Я изуродовала его?
— Что ты ожидала? Слава Богу, в лицо не попала. Но шрамы и язвы от ожогов будут. Ему ещё лечиться и лечиться. Как ты могла? Ты целилась в мою дочь! Я тебя ненавижу!
Поддаваясь нахлынувшей ярости, Юра схватил Ленку за шею и сжал с такой силой, что она начала задыхаться, нелепо, как рыба, хватая воздух раскрытым ртом. Опомнившись, Юра разжал пальцы. «Господи, — испугался он. — Ещё не хватает, сесть за убийство. Полиция-то уже на подходе!».
— Зачем ты меня спас — опять повторила Лена. — Я хотела, чтобы от меня ничего не осталось.
— Если бы только от меня зависело, ни за что бы не полез тебя выволакивать. Ещё бы под дверью подождал, чтоб наверняка! Это ты Мите спасибо скажи. Своей жизнью ты ему обязана.
— Он простил меня?
— Ну да, как праведник какой-то. Не только простил, но и клятву с меня взял, что помогу тебе. Вот я и сижу, выполняю.
На некоторое время наступило молчание, только слышно было их собственное дыхание.
— Юр, я увидела тебя с Викой, и мне было так больно!
— Лена, ну как тебя очевидное объяснить? Вика — моя жена. Мы ж не зря столько лет вместе. На что ты, собственно, рассчитывала? Что я останусь с тобой из-за твоих угроз? Это всё равно не могло долго продолжаться.
— Юр, я больше не буду. Я, в тот самый момент, вдруг поняла, что Митя — мой единственный родной человек во всём свете! Я чуть не потеряла его, по моей собственной вине. Я теперь понимаю, как ты любишь свою дочь.
— Сообразила! Точно со всем этим покончено?
— Да, клянусь! Ты всё расскажешь в полиции?
Ответить Юра не успел — подъехала скорая помощь. Потом полиция. Ленку увезли в больницу, Юра остался. В разбирательствах и объяснениях прошло около часа. Когда его, наконец-то, отпустили, он прочёл эсэмэску от жены. Алина не хотела расстаться с Митей, а Вика поехала домой. Она ещё не спала, и Юра коротко рассказал про Митину просьбу и про Ленкину попытку самоубийства.
— Она поклялась, что всё поняла, и больше нас не тронет.
— Идиоты! Что ты, что Митя! Ему простительно, он мальчишка! А ты-то что уши развесил? Она ненормальная! Здоровый человек разве на такое решится? Ты должен заявить в полицию!
— Но Митя…
— У тебя обязательства не только перед ним, но и передо мной и Алиной! Ты — муж и отец! Пока Ленка не будет в тюрьме или психушке, я не смогу спать спокойно.
— Вик, как ты себе это представляешь? — Юра прижимал её к груди и гладил по голове, но сдаваться не собирался. — Мне же надо будет им всю историю рассказать! Прошлые грехи вылезут, про меня, про тебя, про Митю. И это только цветочки, когда заявление напишу. А суд? Всё грязное бельё перетряхнут! Мне показалось, что она искренне раскаялась! Сама перепугалась от своего поступка.
— Я ей нисколько не верю! Если она решила измениться, пусть во всём признается! Тогда и суда не будет. Пусть её в психушке держат, пока не вылечится.
— Хорошо, я поговорю с ней.
— Только не мямли, понял? Не дай ей лазейки! А то будешь, как всегда, ходить вокруг да около, она ни за что не согласится!
— Отстань! Сказал же, всё сделаю. Пошли спать.
Юрка долго стоял под душем и невольно смотрел на свои руки, шевелил пальцами, вспоминая, как до боли в суставах сжимал Ленкину шею. Он никогда не думал, что сможет убить. Может потому и ушёл в своё время из военного училища на гражданку. А вдруг смог бы? Ерунда, не убил же, даже наоборот, спас от смерти. Наверно, сын всё-таки оказался умнее: убийством и местью ничего не решить и не исправить. Юра представил себе предстоящие неприятные разговоры с Митей и с Ленкой и, поморщившись, решил, что подумает об этом потом. Он лёг в привычную постель, обнял уютное тёплое тело жены и мгновенно заснул. Никакие сны ему не снились.
Продолжение следует...