Для той, кто полжизни убегала от собственного прошлого, эти слова прозвучали как фраза из ночного кошмара. Даниэль тут же вскочила на ноги и закинула сумку за спину, но звук шагов сзади подсказал, что драпать поздно. Рывком развернувшись, она увидела в дверном проёме высокого крупного мужчину. Торс незнакомца обтягивала майка-алкоголичка, обнажённые плечи и предплечья были покрыты этническими татуировками с изображением кудрявых завитков пламени. Одну руку он держал в кармане джинсов, в другой сжимал толстую папку. Поза его была расслабленной, тогда как взгляд карих глаз - пристальным.
Даниэль его не узнала, а значит, мужчина был не местный. Рилпорт не мог похвастаться и девятью сотнями жителей. Тут все обо всех все знали. Даниэль с её секретами такое докучливое любопытство, ставшее второй натурой обитателей городка, заметно усложняло жизнь, однако она рассчитывала, что местный менталитет послужит ещё и защитой: по идее, слухи о чужаке должны были добраться до неё раньше, чем сам чужа