Мой товарищ – публицист Алексей Колобродов – раскопал забавное:
«Фамилия Мизулиных ассоциируется главным образом с запретительством – тут и Даня Милохин не даст соврать. Но так было не всегда – во всяком случае, у сенатора Елены Борисовны.
Вот тройка характерных эпизодов ее политической биографии.
Елена Мизулина в 1999 году занималась юридическим оформлением импичмента президенту России Борису Ельцину. Состояла изначально в "Яблоке", затем в партии и фракции "Союз правых сил". Но это общеизвестно.
А вот тут я раскопал в ее бэкграунде совсем забавный эпизод: в том же 1999-м НТВ записывал передачу "Суд идет". Станислав Говорухин, тогда разработчик закона "О Высшем совете по нравственности на телевидении и радиовещании" (его так и не приняли, Ельцин наложил вето или кто там был "Ельциным") – против Виктора Шендеровича, Александра Гордона и... да, Елены Мизулиной, ветерана, как выясняется, антицензурных войн».
Конец цитаты.
Мизулина еще ведь и в «Справедливой России» состояла, но потом вышла и оттуда и теперь вот является самым ярым охранителем.
Это, на самом деле, вполне обычная биография постсоветского политического деятеля.
Самый яркий пример – один больной на всю голову единоросс, который состоял в партии Хакамады, потом работал у Чубайса, потом еще где-то вертелся, а потом начал писать доносы на меня, Михеева и Старикова, что мы американские шпионы.
У большинства ведь как всё в голове уложено? Если всё время быть при власти – то ты как бы «не изменяешь убеждениям» (так как их у тебя нет).
Вот был Ельцин и ельцинизм. Так как при Ельцине правящей партии не было, то люди метались от Гайдара к Черномырдину, от Явлинского к Хакамаде, ну и в СПС, само собой.
Потом пришел Путин, появилось «Единство», и этим людям пришлось посложнее – потому что пешками туда не пристроишься, а с офицерских мест в своих либеральных партиях уходить не хотелось.
Но самым ловким всё-таки удалось перебраться и закрепиться со временем уже в «Единой России».
Оглядываясь назад, что они видят? Что всегда были (или старались быть) при власти и «колебались с линией партии». Если Путин завтра объявит социализм (не объявит, хотя отчасти его неизбежно реанимирует) – все ветераны антисоветской борьбы превратятся в ярых большевиков и начнут цитировать Маркса.
Самое смешное, когда люди, сменившие за 30 лет 15 партий и превратившиеся из отъявленных перестроечных демократов в самых неистовых государственных патриотов, предъявляют, например, мне, что я «изменился».
Я 33 года стою на одном месте.
Вот фото 1999 года. Вот фото 2010 года. На обеих фотографиях я провожу митинги и скандирую:
«Родина. Нация. Социализм».
«Киев – русский город!»
«Одесса – русский город!»
«Минск – русский город!»
«Ереван – русский город!»
«Наши МиГи сядут в Риге!»
«Ленин, Сталин, Берия – да здравствует империя!»
«Нам Бог помогает!»
(Эклектика, да. Но это – Россия.)
Со временем меня перестали забирать в полицию и дали программу на НТВ. Там я продолжил скандировать то, что говорил с 1991 года.
Всё это легко проверить по моим книгам, которые включают тексты, написанные с 1996 года.
И к слову.
Ничего плохого о Мизулиной я не хотел сказать. Я её и не знаю.
