Сергей Александрович, не раз говорили с Вами о принципах: о том, что побеждает - рынок или принципы? Бывают ситуации, когда приходится поступаться своими принципами ради того, чтобы удовлетворить острую нужду. Но не в случае Марокко. Король Марокко Мухаммед VI проигнорировал обещание Парижа о помощи после землетрясения. Число жертв там добралось до 3000 человек, пострадавших больше 5500. Ранее власти нескольких французских регионов пообещали выделить €1,5 млн для организации гуманитарной помощи жителям и пострадавшим от землетрясения населенным пунктам Марокко. Но «не надо».
Сергей Михеев: Во-первых, €1,5 млн – это ни о чем. На что их хватит? Может быть на один раз завезти питьевой воды. В Марокко случилось масштабное землетрясение, а эта помощь выглядит подачкой.
Во-вторых, что касается Макрона - его никто не уважает в Африке, Северной Африке. В целом, их не любят. Говорят: «Если бы не любили, то не ехали бы в Европу». Это не одно и то же. У нас в России таких полно: приезжают сюда жить, а Россию не любят, потому что едут за деньгами. История с арабами и чернокожими африканцами в Европе точно такая же. То, что они едут в Европу, не означает, что они её любят. Они ищут спасение от безработицы, голода, местной войны и т.д. И все иллюзии европейцев насчёт того, что «они из всех сделают европейцев», наивные, глупые и смешные. Никакой любви к европейцам в Африке не испытывают, помня периоды колониальной зависимости. А Макрона никто не уважает: «Нам помощь твоя не нужна, тем более копеечная».
Не принимают его там. Макрон собирался туда приехать, несколько раз был запланирован визит, но всё откладывали. Не хотят его.
Сергей Михеев: Макрон заканчивает свой президентский срок на минорной ноте, на понижении. Учитывая, что больше президентом он не станет, надо констатировать, что так и не удалось ему продемонстрировать «потрясающие результаты». В свое время он пытался вернуть Франции крупную роль в решении международных проблем, но пошел совершенно неумным путем. Он оказался под влиянием Штатов, а это неизбежно приводило его к проблемам. Я думаю, что сейчас он попытается под занавес своего правления осуществить или поддержать военную интервенцию в Нигере. Если удастся свергнуть новую власть, то он попытается уйти на формально высокой ноте и сказать: «Смотрите, я восстановил французское влияние в этой стране. Хотя бы в одной». Чем оно кончится, как будет продолжаться - это уже не будет его интересовать, но он может попытаться сделать. В целом, все его усилия по возврату особой роли Франции в мировых делах пошли прахом по одной простой причине: он «функция» от американской политики.
Он мог бы сыграть особую роль в Европе, если бы, например, стал объективным посредником между англосаксами и Россией. Была такая у него возможность. Я думаю, Москва приняла бы такое посредничество, но он ничего не предложил. Он сказал: «Давайте я буду, например, высказывать американскую позицию. Но это будут не американцы, а я; вы же будете с ней соглашаться». Это не подход. Отсутствие самостоятельности всегда ведёт к измельчанию и вырождению. Как ты ни петушись, все понимают, что ты просто «функция»! Когда американцы оттеснили французов с контрактом на подводные лодки для Австралии, а Франция ничего не смогла сказать, это стало особенно очевидным. Франции показали ее место, а дальше просто слова, риторика.
Что касается внутреннего положения во Франции, Макрон уходит в ситуации ненависти к нему. Несколько лет подряд были битвы с «желтыми жилетами», унижение профсоюзов, отказ пересмотреть непопулярные реформы. И чем ты останешься в истории Франции? Практически ничем! Поэтому со стороны короля Марокко и всех остальных даже в нужде мы видим такое отношение. Все понимают, что он приближается к состоянию «хромой утки». Какой смысл принимать от него помощь? Для чего? Все понимают: сейчас примешь у них помощь, а они потом ещё что-нибудь потребуют. Как к британским профсоюзам: «Давайте, осуждайте российскую спецоперацию». Зачем, с какой стати? Где британские профсоюзы, а где российская спецоперация!
Так и с королём Марокко. Он думает: «Сейчас от него возьмёшь подачку в €1,5 млн - они ничем не помогут. Потом Макрон начнет трезвонить на весь мир, что он якобы восстанавливает свое влияние в Африке». Марокканцы понимают, что Франция теряет свои позиции в Африке, поэтому подыгрывать ей не хотят. Если это, действительно, реальная цифра, тем более от ЕС…
Это от некоторых регионов Франции.
Сергей Михеев: Это очень мало. Они на фуршетах и банкетах больше проедают.