Костя разглядывал камни.
- У нас Жанна Семеновна работает. У нее дед был ювелиром. Она носит похожие. Эти, синие, наверное, сапфиры. А этот, разноцветный, не помню, как называется, у нее тоже есть. Самые лучшие наши российские. Но их почти не осталось, стоят как самолет. Александрит. Да. Так называется.
- Я это не надену.
- Мы это продадим. Если это настоящее мы дом отобьем и еще останется.
Ника салфетками стала протирать часы и коробочку.
На циферблатах часов красовался крест, похожий на мальтийский. Женские были еще украшены прозрачными белыми камешками.
Костя полез в интернет. Оказались, что часы выпущены одной из самых старых и дорогих часовых фирм мира. Большинство часов этого бренда изготавливались из золота и были украшены драгоценными камнями.
А в пластиковой коробочке лежала еще одна коробочка, в которой были две флэшки.
Поняв, что все равно заснуть не смогут, Костя с Никой сели смотреть их содержимое.
Первые кадры – женщина за тридцать и совсем молоденький мужчина. Очевидно, был записан только конец их встречи. Женщина громко стонала, потом закричала, отпихнула молодого человека и откинулась на подушки с блаженной улыбкой.
Костя с Никой не могли оторвать взгляд от лица женщины - они его прекрасно знали. Ярая поборница семейных ценностей, мать троих собственных и двух приемных детей. Ее лицо постоянно мелькало раньше в газетах и экране телевизора – она занималась благотворительностью, учила женщин носить юбки в пол, готовить пищу перед каждым ее приемом. Клеймила добрачные отношения и разводы.
Развлекалась она явно не с мужем.
Вторая запись – трое мужчин. Все одеты, сидят в ресторане. Лицо одного показалось Косте смутно знакомым. Говорили по-русски, но Костя мало что понял. Явно про деньги, но на каком-то жаргоне.
- Ничего себе… - услышал Костя.
- Ты их знаешь.
- А ты нет?
- Нет.
- Помнишь, этот, - Ника ткнула в самого щуплого мужичонку на видео, - какой-то бандит известный. Его пристрелили года два назад. А этот, - она показала на мужчину, лицо которого Косте было откуда-то знакомо. – У нас рулил в городской администрации медициной и еще чем-то. Развалил всю медицину. Но скинуть его не могли. Он лет пять назад умер. От инфаркта. Тогда все еще говорили, что если бы не воровал, то могли бы спасти. Ему на улице плохо стало, а скорая приехала то ли без лекарств, то ли без аппарата какого-то.
Костя вспомнил историю смерти чиновника, а вот бандита он знать не знал. Как и не знал еще несколько человек с фото и видео на флэшке, о которых рассказала Ника.
Было еще несколько видео, людей на которых не знали ни Костя, ни Ника. Но, судя по одежде, люди это были не простые.
Получается, кто-то тайно снимал известных или богатых людей.
Подошло время второй флэшки. На ней были фото страниц тетрадей, исписанной формулами и какими-то заметками. Ника смотрела, понимала, что когда-то знала некоторые из этих формул и обозначений, но уже забыла.
Зато Костя смотрел на экран как завороженный. Написанные от руки формулы, ход исследований, последовательность действий – кто-то был в одном, максимум в двух шагах от разработки лекарства, способного спасти тысячи, если не миллионы жизней и принести изобретателю славу и деньги. Дальше шли заметки, видимо только зарождающихся мыслей. Но даже по ним можно было понять, что это были мысли о создании еще пары лекарств. А может быть и бак....ериологического о...ужия.
- Листай дальше, - Ника тронула Костю за плечо. – Что ты уставился в экран.
- А ты не понимаешь? Бандит какой-то с кем-то встретился! У нас через одного бандиты. А это… Вот за это убили… Это же, - Костя начал взахлеб рассказывать Нике о значении того, что было на фото.
Ника с трудом соображала.
- Подожди. Компромат на известных людей, эти формулы. Они что, в разведке работали что ли? Деревенские говорили, что они были химиками или врачами.
Продолжение следует...