Холод продрал меня до кости, звук стучащих зубов нарушал тишину. Сонно и мято поднялся на ноги, чувство словно меня повозкой переехали. Костёр догорел, а в кучке пепла сидел Игоръ из вентиляционных отдушин под потолком шёл холодный порывистый воздух. Не спешна мои напарники подымались из глубокого сна.
Гобс и Ди чувствовали себя хуже остальных Шао осмотрела их, сильный жар у обоих и легкая лихорадка, не удивительно они лежали прямо под отдушиной. Идти им в таком состоянии было не безопасно, решили пускай они пока отдохнут тут. Переместив их в сухой угол и снабдив целебными травами, мы оставили больных отдыхать.
Ещё раз потратив не много магической силы на открытие дверей. Шао, Волна Я и Игорь отправились исследовать вторую часть подземелья. Мы с фамильяром шли позади двух монахов, дойдя до развилки девушки резко остановились, как мне тогда показалось мы встретились со стеной. Подняв свой взор выше стало ясно что это не стена, а Голиаф два с лишним метра ростом, своей рукой он мог достать верх пещеры.
Шао начала диалог с незнакомцем и чем больше она хитрила в разговоре, тем сильнее напрягался голиаф. Не много поясню, дело в том, что эти ребята по своей натуре достаточно простые. Дружить значит дружить, бить значит бить и их очень настораживает если с ними пытаются вести не честный разговор. За прямоту я их и уважаю, они никогда не воткнут нож в спину если ты спишь. Откуда я знаю? Был у меня когда-то хороший товарищ голиаф, очень давно... У видев, что хитрить себе вредить Шао перестроила разговор и рассказала всё как есть (ну почти всё, Белоснежка не была нашим товарищем).
Здоровяка звали Талай он был местным варваром в поисках славы и приключений, таким же как мы. Здоровяк хотел укрыться от метели, бушующей снаружи и наткнулся на пещеру. В ней увидав лежащую девушку поспешил на помощь, но как потом понял это было уже слишком поздно. А перерезанные сухожилия намекнули что тут есть кто-то ещё и топор лучше не выпускать из рук.
Талая получилось убедить что мы не убивали белую, а пришли в поисках сокровищ по её наводке. В о концовке несчастная разбилась, а знакомый туман заставил нас принять меры предосторожности от внезапного воскрешения. Уходить с пустыми руками не хотелось, и мы исследовали пещеру. Но вместо сокровищ наткнулись на кучу живых мертвецов и нам пришлось сражаться. Тут лицо Талая изменилось...
Пройдя вглубь от развилки наша, компания наткнулась на ещё одну магическую дверь. Тратить магическую силу на открывание дверей очень не хотелось. Взглянув на нашего нового друга
Лф- Подсобишь?
Т- Попробую
Дверь неохотно поддалась сильным мышцам голиафа, а из-под двери вырвался густой серебристый туман. Мы, не задумываясь резко вбежали внутрь, Талай рывком оторвался от двери, и та захлопнулась.
Шао резко ощетинилась как кошка. Наш взор упал вглубь полу мрака комнаты от куда на нас уставились три маленьких скелета драконов. Надо признать они были не такими сильными как мумия со своей сворой и справиться с ними удалось в два счёта.
И всё было бы хорошо, но состояние красного монаха ухудшалось, сначала мы думали, что Шао валит лихорадка как Ди и Гобса и предложили ей присесть, и тут же ей стало хуже. Туман! Чёртов туман, поспешно открыв дверь магическим прикосновением мы повели Драконорождёную на свежий воздух. Но напасть не бывает одна в проходе послышался костяной грохот как будто армия, вооружённая костяными дубинами, стучит об стены пещеры.
Видимо серебристый туман это был концентрат фиолетового, и он дошёл до главной проблемы этого места. Варвар смело пошёл в перёд, Шао показала, что она в порядке и монах последовал за ним, потом Волна, я с Игоръем были в тылу. Медленно из-за угла вытягивалась костяная головешка занимающая весь проход. Страшно да, но в голове была забавная мысль, как эта громадина вообще залезла в пещеру если её голова не умещается в ней.
Голиаф бил по костлявому, а тот пытался откусить от него кусочек, хотелось бы что весь бой так и прошёл. Но дракону это надоел, он слегка попятился назад, а затем раскрыл пасть. Дыхание Некродракона напоминает порыв ветра пропитанного ядом и тем серебристым туманом. В глазах помутнело, Талаю изрядно досталось костлявый явно отыгрался за все нанесённые ему удары. Шао держалась как могла, но серебристый туман свалил её с ног.
Ситуация накалилась, чуйка подсказывает что нужно что-то предпринять. Не уверенно сжимаю трофейный посох и из-за угла выстреливаю по головешке, отдача такая что кажется руки оторвёт.
Череп дракона треснул, но этого мало, тогда Игоръ срывается с места на ходу наносит серию из двух мощных зажигательных ударов. Невероятно эпично, особенно когда отступая припалил голиафа, спасибо Талаю за терпение. Хотя ему скорее всего было всё ровно, он был полностью погружён в битву со своим противником.
Волна чувствовала, что мы явно проигрываем, постоянно прикрывая нас от костяной её силы быстро уходили, как и моя магия. И только варвар как сумасшедший хохотал в пылу сражения. Смотря на ситуацию, я был готов просить силы даже у хаоса, из последних сил кастую палящий луч. Прицельным огнём попадаю в трещину, оставленную ранее от чего череп разлетается на куски. Игоръёха замирает в восхищении чего нельзя сказать о голиафе судя по виду он не много был расстроен.
Пробираясь через разлом в черепе и кучу костей, наша группа исследовала место где раньше располагались останки дракона. Сочащиеся тина по стенам и на полу не более мы бы так и ушли если бы нашему новому другу не повезло наткнуться на деревянную крышку схрона посреди комнаты. Там были древние статуэтки с ликами драконов как сказала волна они очень редкие, а значит и ценные.
Т- как будем делить?
Талай затронул очень важную тему
Ш- Как обычно по ровну
Т- однако извольте, их нашёл я, а значит мне должно достаться больше
Ш- но с драконом мы сражались вместе!
Т- Я сражался с водяной девочкой и колдуном у которого неуклюжий фамильяр, а тебя особо не помню
(это он так о нас с волной? Поправлять его о том, что я чародей, а не колдун не стал)
Дискуссия была жёсткой, скажем так при Талае всегда надо думать, что говоришь, а лучше вообще не говорить, если не уверен, что надо говорить. Тем не менее с великаном получилось договориться хотя наш красный монах и чувствовал себя слегка ущемлённым.
Всё пора отсюда уходить.