Пустая кормушка. «СПб ведомости» отвечают на вопросы читателей

А когда весной проходишь мимо пруда, очень интересно наблюдать «влюбленные парочки» — впереди плывет уточка-кряква, а за ней спешит красивый селезень. Позже у них появляются утята, и тогда слышишь тревожное кряканье мамы-утки, созывающей своих детей. Трудно удержаться от улыбки, наблюдая забавное ныряние этих завсегдатаев наших городских водоемов.

Но в этом году что‑то произошло! Ни в Московском парке Победы, ни в Приморском, ни в ЦПКиО совсем нет уток! Пруды плотно затянуты ряской и… мертвая тишина… Не прилетели???

В Приморском такое ощущение, что вообще нет никакой живности. Ни юрких попрошаек белочек, ни синичек-лазоревок, ни белоснежных лебедей, которые многие годы были украшением парка. Нет даже вездесущих голубей, ворон, воробьев. Да и улетающих в теплые края птиц тоже не видно.

Грустно. Что произошло? Могут ли зоологи и орнитологи дать какое‑то объяснение?

ОТ РЕДАКЦИИ.

По словам старшего научного сотрудника Зоологического института РАН кандидата биологических наук Владимира Храброго, у некоторых петербуржцев действительно складывается впечатление, что в этом году птиц стало значительно меньше. Однако подтвердить или опровергнуть этот факт, опираясь на научные данные, нет возможности. Дело в том, что данные об изменении численности пернатых получают на основании долгосрочных мониторинговых исследований. А они на территории нашего города уже тридцать лет, как не проводились…

«Но по моему опыту и исследованиям, которые я веду преимущественно на территории Ленинградской облас­ти, сокращения численности ворон, дроздов, скворцов не наблюдается», — подчеркнул специалист. Просто у пернатых существует ярко выраженная сезонная и суточная активность. Поэтому увидеть их можно только в определенные часы.

Но вот кого действительно стало значительно меньше, так это домовых воробьев.

Основная причина — резкое сокращение кормовой базы. Птенцы воробья питаются исключительно насекомыми, которых родители находят в зарослях травы. Но с тех пор как газоны стали выкашивать под корень или застилать искусственным покрытием, исчезли и насекомые. Следовательно, кормить потомство стало ­просто нечем.

Как считает орнитолог, вернуть воробья в городскую среду еще не поздно. И делать для этого много не надо — для начала достаточно посадить в парках и скверах разнообразные зеленые насаждения. Зимой установить во дворах и скверах кормушки, весной — развесить побольше скворечников.

Что же касается осенних перелетов, то у птиц тоже существует свой график. Уже с конца июля в путь отправляются кулики. С 20‑х чисел августа до начала сентября сбиваются в стаи серые журавли и улетают клиньями. В начале сентября на зимовку устремляются хищники: коршуны, луни, канюки. В октябре родные края массово покидают гуси, лебеди и гагары. Утки тоже обычно улетают до конца октября. Но если погода теплая и добрые люди подкармливают птиц, то водоплавающие могут задержаться. Или и вовсе остаться зимовать дома.

Крупнейший в Европе миграционный путь птиц — Беломоро-Балтийский, — которым следуют десятки миллионов птиц, проходит как раз через Петербург и Ленинградскую область. Большая часть пернатых летят ночью, поэтому мы их не замечаем.

Кстати, в отличие от нашей читательницы другим петербуржцам повезло больше. Во всяком случае сотрудники редакции лично прошлись по некоторым паркам нашего города и могут с уверенностью утверждать, что птиц в них предостаточно. И скворцов, и синичек, и уточек, и лебедей… Не говоря уже о воронах, которых можно встретить в любом петербургском дворе.

Что же касается белок, то они во множестве водятся на Крестовском острове. И демонстрируют немалую привередливость в еде, воротя нос даже от фундука. Думается, что зимой они станут более сговорчивыми.

Так что горевать о том, что пернатые позабыли к нам дорогу, не стоит. Многие из них, конечно, уже помахали нам крылом. Но весной они обязательно вернутся.