- Михримах-султан, я позвал вас по такой причине, заговорить о которой отказывается мой язык. Я не хочу верить своим глазам и ушам, но истины это не меняет. Унижать вас, предъявляя эти доказательства, я не стану, и прошу - облегчите свою вину и признайтесь сами во всем. - Я не понимаю, повелитель? О какой вине идёт речь? Я даже не стану спрашивать, кто оклеветал меня перед вами. Я знаю ответ. И знаю, зачем это понадобилось. - Михримах-султан! То есть вы отрицаете, что вели переписку с австрийским послом, в которой назначили цену в 200 дукатов за освобождение Гюнтер Фуггера? Сколько ещё политических преступников и шпионов оказались на свободе, благодаря взяткам, которые вы от них получили? - Повелитель, у меня нет и никогда не было нужды брать взятки. Зачем? Мой ежедневный доход превышает 2000 золотых. Или много больше? Я давно потеряла к этому интерес. Единственное, что меня теперь заботит - это моя семья, Великая династия Османов. Все что я делаю, я делаю для блага Османской импери