ЕСЛИ ОТКАЗАТЬСЯ ОТ РУССКОГО ЯЗЫКА
Если РК откажется от применения русского языка, что будет и, самое главное, что это значит.
Для казахов, особенно выходцев из аулов, то есть первого поколения горожан русский язык, хотя и не самый родной для души, но все таки это язык личной автономии. Аульные казахи сразу получают статус. Неформально всем должно показаться, что у них расширился кругозор, они стали продвинутыми, соблюдают не только обряды и даже думают самостоятельно. Отсюда казахский язык — язык общины, сначала родовой, потом локальной родины, а еще точнее места проживания родни: вряд ли казахские поселки даже после модернизации советской власти отделились от кочевой дислокации казахских родов. Там где казахи одного рода кочевали, на всем пути откочевки возникли поселки. Кто кочевал, стали оседлыми, но про родство не забыли. Это и невозможно. В города подались только «лишние» люди, которые так решили, что в поселки делать нечего: оттого казахские традиционные семьи многодетные как правило. Оказавшись в городе, городские казахи резко подняли свой авторитет. Ибо в городе они выучились, получили профессию, даже получили ученую степень. Русский язык закрепился в виде символа казахского прогресса. Казахи, овладевшие русским языком, перестали быть просто натуральными, они получил критическое мышление, ощутили большой диапазон, — горизонты как бы расширились. Они стали опираться на свои знания, на профессиональные навыки, а это уже полная самостоятельность. Раньше опирались на родственников, чтобы не пропасть. Теперь каждый казах превратился в отдельную единицу, во всесильного и современного батыра — воина: просто потому, что в городе нет родни, и все время нужно было выживать. Много разных ситуаций — много ребусов надо решать.
Но постепенно, когда остальные казахи поняли, что без русского никак нельзя, они тоже потянулись в города. Еще раз, казахские семьи многодетные. Даже без образования любой горожанин имеет больший кругозор. Это объяснимо. Больше информации. Но ситуация получения критического мышления сильно завязана на соседях, на товарищах по работе и тд. Если русскоязычных, допустим так, с критическим мышлением заменять на соседей, которые сами только-только перебрались из поселка, то никакого расширения кругозора не произойдет. Наоборот, начнется превращение дома в нечто средоточия родственников, которые передают как дела у родственников и прочие подобные новости (кандай жаналык?). Что было что есть. Только новости жаналыктар о родне. Расширение кругозора не будет, разве только требования профессии останутся. Но на работе все можно делать на автомате и особо не думать. Можно только конкурировать с другими казахами (или казахом), из другого рода за профит. За бюджет, за место, за работу. Если добавить в это круг родственников хоть одного русского или нацмена, через некоторое время возникнет короткое замыкание родового натурального мышления. Только если притащить на работу одного принципиального нацмена, а не размазню и приспособленца! Я не будут уточнять еще раз, что русский язык — это не только язык казахской автономии, а любой обрусевший казах быстро занимает позу, имеет принципы. Может даже от эгоизма. Но еще раз и еще раз, русский язык — язык казахской автономии, значит свободы от родовой корпоративности. Казах, начинает говорить в городе на русском, что это моё, моя территория, а не ваша, он убегает от родовой мобилизации и коррупции заранее. Оттого одинок и не нужен сейчас во время последней мобилизации.