...нарисуйте город, парящий в небе, величайшую из столиц, город, парящий в невероятно плотной атмосфере, - пусть кажется, что город представляет собой не то единое целое, не то разрозненные дома, летящие вместе, не то и так и так одновременно, даром, что не может быть и так, и так. Нарисуйте город, летящий в небе под всеми парусами, управляемый ветром, город, где дома перемежаются с высоченными мачтами, а порой и сами становятся этими мачтами. Нарисуйте город, подобный кораблю, или корабль, подобный городу, пусть будет и так и так.
Нарисуйте второй летящий город – чуть в отдалении, пусть они будут похожи друг на друга, как день и ночь, как свет и тьма, как вечер и утро, как весна и осень. Нарисуйте город, гонимый ветрами высоко-высоко в небе, город, с трудом ловящий попутный ветер своими белоснежными парусами.
Нарисуйте два города, подхваченные внезапным порывом ветра, города, которые столкнулись двумя самыми высокими мачтами, нарисуйте так, чтобы те, кто будут приезжать со всего мира в музей и смотреть на вашу картину, почувствовали треск и хруст, ощутил, как ломаются башни.
Нарисуйте на последнем этаже одной из башен маленькую комнату, в которой сидит молодой человек, пусть он рисует на холсте, или на планшете, или еще на чем, пока не видно. Нарисуйте во втором городе вторую башню, пусть там сидит девушка, она пишет картину на планшете или на холсте, или еще как. Нарисуйте, как башни неумолимо приближаются друг к другу, как со звоном и грохотом разбиваются стекла, как выбрасывает в бесконечную головокружительную высоту тех двоих, как они беспомощно кувыркаются в небе среди осколков, у девушки поцарапана щека, они хватают друг друга за руки, сжимают сильно-сильно, крепко-крепко, чтобы не потеряться, хотя казалось бы куда еще больше, еще дальше теряться.
Нарисуйте, как ветер уносит их, взявшихся за руки, уносит неведомо куда. Нарисуйте на горизонте – в тумане, штрихами-штрихами, намеками-намеками – бесконечно древний заброшенный город, который почти разрушился от времени, но еще держится. Нарисуйте его так, чтобы было непонятно, смогут ли подхваченные ветром добраться до безжизненных руин, или нет, нарисуйте так, чтобы бесчисленные толпы туристов в музее так и не поняли, что ждет летящих там, на покрытых песками времени улицах.
Нарисуйте дальше, на горизонте, тончайшими штрихами намеки... нет, дже не намеки, а намеки на намеки, что где-то там есть другие города, неведомые никому, а может, это только кажется, и никаких городов там нет. Нарисуйте так, чтобы было непонятно, что ждет странников, смогут ли они добраться до других миров, или никаких других миров нет и в помине.
Нарисуйте все это – даром, что у вас нет ни кистей, ни холста, - и тогда когда-нибудь те двое на своих холстах нарисуют вас, чтобы вы тоже могли быть...