Рассказывают, что у Сталина была так называемая «черная тетрадь». В последнее время перед смертью она часто находилась при нем на различных совещаниях и заседаниях. И вождь народов регулярно делал там какие-то пометки. Вот только, что именно было в этом дневнике, мы так и не знаем, ведь тетрадь исчезла сразу же после смерти генсека.
Смерть вождя
Прямой доступ к Сталину был лишь у Берии, Власика и Поскребышева. Последние незадолго до смерти вождя были скомпрометированы Берией и устранены из окружения. Этим и воспользовался Лаврентий Павлович, оставив у тела недавно почившего генсека Хрущева, Маленкова и других членов Политбюро. Как утверждал генерал Дмитрий Волкогонов, Берия тогда по какой-то надуманной причине умчался с дачи в Кремль. Позже, при обыске в личном сейфе вождя был обнаружен лишь партийный билет и несколько малозначительных бумаг. Волкогонов считает, что все документы, которые могли сыграть против Берии — а в их числе и таинственная тетрадь — тот уничтожил.
Политическое завещание
Надо сказать, что в последние годы сталинского правления в его окружении развернулась нешуточная борьба за влияние. Генсек это прекрасно видел и знал, а потому затевал большую чистку. «В расход» он собирался пустить многих бывших партийных товарищей, заменив их более молодыми политиками. Историк Эдвард Радзинский считает, что именно эта информация и была в черной тетради — имена тех, кого планировалось сместить с руководящих партийных и министерских постов, — своеобразное политическое завещание.
Преемник Сталина
Впрочем, судя по тому, с какой методичностью Сталин вел свой дневник, умирать в марте 1953 года он явно не планировал. Так что версия о его отравлении вполне имеет право на существование. Ведь старые партийные «волки» прекрасно знали о недоверии и опасениях Сталина в их отношении. И боялись остаться без своих теплых должностей в новом руководстве. Тем более, что сам вождь народов уже в первые послевоенные годы нет-нет, да задумывался о преемнике. Ходили слухи, что в его роли он видел не Берию, не Маленкова и тем более не Хрущева, а руководителя всесоюзного партизанского движения Пантелеймона Пономаренко.
Впрочем, историки выдвигают несколько версий того, кто мог уничтожить тетрадь, помимо самой очевидной. Среди возможных интересантов называется глава КГБ Иван Серов, а также Никита Хрущев. В то же время сын Берии Серго вспоминал, что на допросах его с матерью часто спрашивали о пресловутой тетради. Вот только среди документов отца ее так и не обнаружили.