Очередной фрагмент от Кастанеды об уроках индейского шамана Х. Матуса
Мои заметки о первом занятии с доном Хуаном датированы 23 июня 1961 года. С этого дня началось моё обучение. До этого я встречался с ним лишь в качестве наблюдателя. При каждом удобном случае я просил рассказать мне о пейоте. Всякий раз он игнорировал мои просьбы, и всё же, судя по его колебаниям, какая-то надежда оставалась. На горизонте замаячила возможность когда-нибудь настойчивыми уговорами склонить его к беседе о своём знании.
И вот, на этот раз, во время сессии Хуан дал понять, что сможет снизойти к моим просьбам — при условии, что я обрету ясность мышления и буду точно знать, о чём прошу.
Это условие было для меня непонятным, поскольку моя просьба относительно пейота была, в сущности, предлогом установить с ним более тесный контакт. Я рассчитывал, что моя ссылка на его собственные знания вызовет его на большую откровенность, развяжет ему язык. Таким образом, я смогу без особых препятствий узнать всё, что он вообще знает о растениях. Однако он истолковал мою просьбу буквально, а именно — как желание получить знания о пейоте.
Пятница, 23 июня 1961 года
— Ты научишь меня тому, что знаешь о пейоте, дон Хуан?
— Почему ты этого хочешь?
— Просто хотелось бы узнать об этом побольше. Разве сама по себе тяга к познанию — недостаточная причина?
— Нет. Ты должен спросить в самом своём сердце, чего ради тебе, зелёному юнцу, вздумалось связываться со столь серьёзными вещами.
— А сам ты чего ради этому учился?
— Ты почему об этом спрашиваешь?
— А может, у меня такая же причина.
— Сомневаюсь. Я — индеец. У нас разные пути.
— Если серьёзно, моя причина — просто сильное желание этому учиться, просто я хочу знать, чтобы знать. Но у меня нет плохих намерений, честное слово.
— Верю. Я курил о тебе.
— Что?
— Неважно. Мне известны твои намерения.
— Ты что, хочешь сказать, что видел меня насквозь?
— Назови как угодно.
— Так, может, ты всё-таки будешь меня учить?
— Нет!
— Потому что я не индеец?
— Нет. Потому что ты не знаешь своего сердца. Что по-настоящему важно — это чтобы ты точно знал, почему тебе так сильно этого хочется и куда ты желаешь себя вовлечь. Познание Мескалито — дело крайне серьёзное. Будь ты индейцем — одного твоего желания в самом деле было бы достаточно. Но лишь у очень немногих индейцев может появиться такое желание.
Примечание
То, что дон Хуан не отказывал наотрез, Карлос воспринимал как знак того, что рано или поздно учитель поделится с ним своим знанием.
Одно из важнейших требований к ученику было следующее: сосредоточить весь свой ум и всю свою волю, к чему Кастанеда на данный момент не был готов. Он хотел установить более доверительные отношения, а остальное было лишь предлогом.
