Все изменил один поход в монастырь.
Федор Емельяненко у многих ассоциируется не только с боями, но и с верой в бога, храмами и религией. Последний император уделяет этому очень много внимания, а сейчас даже сложно представить, что когда-то Федор был другой. До 2007-го Емельяненко и религия шли порознь.
Все поменялось после одного турнира в Нижнем Новгороде. Тогда ребята из команды Емельяненко победили, а потом пошли в Дивеевский монастырь. Как говорит Федор, там бог коснулся его души. Подробный гид по истории Емельяненко и православия – в его воспоминаниях.
«Перед первыми исповедями были дрожь, стыд и страх. Но если у меня хватило духу все это натворить, то должно хватить и исповедаться»
«У меня не было ни в семье, ни где-то еще, чтобы люди ходили в храм. Мама всегда очень уважительно относилась к вере, но тогда в храм не ходила. Поэтому мне не хватало всех этих знаний, этого воспитания. Я был не воцерковленный человек. Но постоянно задавался вопросом: есть бог или нет? Что там, что после смерти?» – говорил Федор.
По словам Емельяненко, он носил нательный крест в армии, но не мог определиться. А в какой-то момент – впал в «духовную яму». Интересно, что при этом Федор говорит о 2007-м: тогда в спортивной карьере у него все было отлично, победная серия в 7 лет и 2 выигрыша конкретно в том году.
«Поворотный момент – 2007 год. Был турнир в Нижнем Новгороде, и когда все наши ребята подрались, выиграли, мы на следующий день поехали в Дивеевский монастырь. Там я понял, что об этой жизни не знаю ничего – абсолютно. Это то, чем мы должны жить. Говоря простым языком, Господь коснулся моей души. И моя советь заработала по-другому. Понял, что жить нужно не так, себя нужно менять. Конечно, не сразу, а постепенно. Потихонечку начал от каких-то вещей отказываться, какие-то – делать.
Стал читать духовную литературу, узнавать о заповедях, о Христе, о святых. Начал ходить в храм и исповедоваться, бороться со своими грехами и страстями», – вспоминал Емельяненко.
Теперь Федор и религия постоянно вместе. Аккаунты Емельяненко в соцсетях много рассказывают о походах бойца в разные храмы, а практически все ответы о боях так или иначе включают обороты, связанные с богом. Даже возвращение в бои Федор обсуждал с батюшкой: «Сначала жена согласилась, чтобы я продолжил выступать, а потом говорит: давай если батюшка тебя благословит, то я согласна, чтобы ты дальше дрался. В итоге я пошел к батюшке, и он сказал, что не видит никаких проблем: выходи, бейся, побеждай».
Емельяненко говорит, что у него больше нет греха, о котором не исповедовался, хотя признает, что в начале было страшно:
«Если не исповедуешь грех, стесняешься его, это еще больший грех. Об этом батюшка говорит на каждой исповеди, молитва такая читается. Мы приходим как в больницу и исцеляем свою душу.
Когда узнал, что нужно исповедоваться и каяться, я подготовился. Конечно, было очень тяжело первые разы. Дрожь была, стыд и страх. Но я всегда себе ставил вопрос: если у меня хватило духу все это наделать и натворить, то должно хватить и исповедоваться. После каждой исповеди – чувство легкости».
***
Нательный крест Федора – один из самых заметных атрибутов бойца. За ним тоже есть история, связанная с тем самым походом в монастырь, но у Емельяненко не один крест. Боец говорит, что это все же вещь – и к ней нельзя привязываться:
«У меня еще есть крест. Нельзя привязываться к нему, как к чему-то такому. Ну, если потерял или что-то случилось, поломался или оборвался, надо просто купить другой и надеть. А этот – как раз после Дивеевского монастыря. Мы вышли, батюшка спросил, есть ли у меня крест и одел».
Примерно в получасе от зала в Старом Осколе, где тренируется Федор, находится Храм Святой Богородицы. Он стоит за чертой города, но именно сюда бойцы из Fedor Team ездят каждые выходные. По информации Sports.ru, Емельяненко финансово участвовал в постройке храма.
«Это пригород Старого Оскола – Федосеевка. Тут не было храма, людям некуда было ходить – до ближайшего надо ехать. Поэтому построили здесь, и начали ездить даже городские. Храм вообще приятное место, а этот – особенно, он уже как свой, наш», – рассказывал боец Кирилл Сидельников.
Сейчас Емельяненко мечтает побывать на Афоне, но в 2019-м совершил другое паломническое восхождение – на Арарат. И о походе с палатками очень тепло вспоминает:
«Было очень тяжело, но понравилось. В первый день поднимались на высоту 3 200, там остановились. Потом на 4 100 и в ночь ушли на сам Арарат, на вершину. Все это сопровождается тем, что ни душа, ни туалета, где-то спрятался, зашел, поднялся. Постоянно была пыль, хоть ночами и шел дождь. Но такая мелкая пыль, что постоянно забивается в нос, глаза. На телефон что-то сфотографировал, положил, через 2 минуты поднял, проводишь по нему – и уже весь в пыли.
Хоть я физически и подготовлен, но было тяжеловато, пришлось попыхтеть. А когда поднялись – радость непередаваемая. На горе Арарат пристал Ноев ковчег, и посетить такое место было радостно».