- Султан Мурад хан хазрет лери ожидает вас, госпожа.
Двое слуг, с усилием потянув каждый в свою сторону ручки массивных дверей, одновременно распахнули перед султаншей деревянные створки.
Михримах-султан, войдя, тяжёлым взглядом обвела покои. Воспоминания, подобно опадающим с деревьев осенним листьям, медленно закружились перед ее глазами. Сотни раз луноликая султанша бывала здесь: сначала при правлении отца, султана Сулейман хана, мудрого и справедливого, глубоко почитаемого своим народом падишаха. Тогда она ещё робко входила в эти огромные двери, благоговейно взирая снизу вверх на могущественного отца-повелителя, которому покоряются даже стихии. Годы спустя ее поступь стала увереннее, как это и подобает не только единственной дочери султана, но и супруге великого визиря, заботящейся о благополучии Османской империи, к мнению которой повелитель прислушивается и на чью поддержку рассчитывает. В последние же годы правления и жизни отца, она переступала этот порог с болью - тогда покои словно пропитались скорбью и тоской. Никогда - ни до, ни после - не выглядели они так, как в тот мрачный период. Роскошные ткани и ковры, посуда и вазы, изящная мебель и изысканные вещицы покинули комнату султана, как только оставила своего любимого Сулеймана смех и радость приносящая госпожа, будто забрав с собой источник самой жизни, от которого набирался сил ее господин.
Михримах-султан вздохнула. Нет, даже тот страшный период, в который они с отцом-повелителем могли часами безмолвно сидеть в пустых серых покоях, оплакивая Хюррем султан, не был так невыносимо горек, как дни, когда здесь праздновал свое восхождение на престол султан Селим хан. Вина, льющиеся рекой, смех и веселье, а самое ужасное - эта самодовольная женщина, что стала проклятьем Османов, позволяющая себе без зазрения совести даже при слугах сидеть на троне рядом с султаном и отдавать приказания: неслыханная дерзость, которую никогда не позволяла себе даже Роксолана.
Луноликая госпожа поморщилась. Ей стоило немалых трудов, чтобы остановить это безумие и отдалить бесстыжую венецианку от брата: впрочем, молодость и свежесть каждый день сменяющихся наложниц не оставляли Нурбану никаких шансов: Селим никогда не отличался умением сдерживать свою страсть к наслаждениям и удовольствиям.
- Михримах-султан, - от размышлений султаншу отвлёк почтительный, но властный голос Оздемироглу, - повелитель ждёт вас.
Осман-паша жестом указал на балкон. Луноликая султанша кивнула и, не задерживаясь, направилась к племяннику.
Мурад смотрел на Босфор, стоя спиной к двери. Михримах-султан в который раз отметила, как же он похож на Баязета - со спины это будто был один человек. Та же крепкая фигура и ровные плечи, сильные руки с аккуратно очерченными мускулами, те же непослушные темные волосы, чуть вьющиеся у затылка. Такими могли вырасти Орхан, Осман и другие сыновья Баязета. Но судьба распорядилась иначе. С годами Михримах-султан все больше верила, что предначертанного не изменить - и эта мудрость была бессознательным способом облегчить боль от потерь и разочарований, выпавших на ее долю. Только с одним женщина не хотела и не могла смириться - с тем, как высоко вознеслась и какую имеет власть ненавистная ей Нурбану. Луноликая госпожа ни на миг не переставала искать способ избавиться от матери Мурада, будто венецианка была давно зудящей раной на теле, которую несчастный больной беспрестанно расчёсывает, уже не столько от необходимости, сколько по привычке.
Внимание Михримах-султан привлекло то, что скрывалось в темноте дальнего угла балкона. Не подавая вида, что поняла зачем она здесь, султанша кашлянула, привлекая внимание. Султан никак не отреагировал.
- Повелитель? - тихо окликнула Мурада Михримах-султан, сдержав улыбку.
___
Сафие возвращалась в свои покои после завтрака с детьми и Гевхерхан-султан. Женщина переживала из-за того, что услышала от сестры султана: если Повелитель действительно решил выслать Михримах-султан из дворца, значит у него на это есть веские причины. Хасеки-султан нестерпимо хотелось узнать какие именно, но она понимала, что остаётся только ждать, пока луноликая султанша не выйдет из главных покоев и не расскажет обо всем сама. Тайн у Михримах-султан было достаточно, а немало из них имели отношение и к Сафие. За тревожными раздумьями Сафие-султан не заметила, как едва не столкнулась с Назпервер-хатун. Валахская принцесса почтительно поклонилась, так, будто и не говорила накануне непозволительно дерзко со своей соперницей.
- Как здоровье шехзаде Махмуда, госпожа? Я слышала, что ваш сын прибыл в ещё худшем состоянии, чем уезжал в Бурсу. Неужели целебные источники не помогли шехзаде?
- Шехзаде устал с дороги. Ему уже лучше, - громко сказала Сафие, чтобы все это услышали, но склонившись к уху наложницы, прошипела, - я вижу тебя насквозь, Назпервер-хатун. У тебя ничего не выйдет. Меня не задевают твои слова.
- Как хорошо, что Айше-султан и Фатьма-султан приехали. Госпожи были у нас утром, и теперь хотят как можно чаще играть со своей сестрёнкой. Вы же не возражаете, Сафие-султан. Ведь сестрам, даже если они от разных матерей, нечего делить между собой, в отличие от братьев, даже полнородных...
Сафие, которая несколько часов назад услышала от сына похожие мысли, открыла рот от посетившей ее догадки: что, если это Назпервер-хатун успела вчера что-то сказать Махмуду. Кивнув служанкам, чтобы отошли и оставили ее наедине с соперницей, Сафие-султан поговорила:
- Держись подальше от моих детей, подлая змея! Или пожалеешь, что не сгнила в крепости Едикуле вместе со своим бестолковым братом!
- Мой брат отдал богу душу в Конье, госпожа. Ему не подошёл климат.
- Вот и про тебя станут говорить так же, если ещё хоть раз приблизишься к моим детям.
Задев плечом валахскую принцессу, хасеки стремительно зашагала по коридору, на ходу кинув догнавшей ее Бидар:
- Немедленно позови ко мне Сайжи и Зейнаб!
Злость на служанок дочерей, позволивших Афше и Фатьме, несмотря на строгий запрет, навестить Мехрибан-султан, переполняла Сафие. К большому удовольствию Назпервер-хатун.
Читать далее нажмите ➡️ здесь
Вы прочитали 316 главу второй части романа "Валиде Нурбану"
Первая глава романа по ссылке тут, это логическое продолжение сериала "Великолепный век"
