Счастливый конец вызывает справедливое презрение, потому что он вводит нас в заблуждение, ибо известный и видимый нам мир приведёт нас лишь к одному концу – к смерти, разрушению, расчленению и невыразимым душевным страданиям, после того как этот мир покинут те, кого мы любим.
Мы не склонны ценить комедию так высоко, как трагедию. Комедия как сатира не лишена смысла, она развлекает и помогает отвлечься от реального мира, но никогда сказка о счастье не может быть воспринята всерьёз; она родом из далёкой, призрачной страны детства, надёжно укрытой от реального мира, всем тяготам которого мы скоро глянем в лицо, подобно тому, как мифы о рае всегда предназначены для стариков, чьи жизни уже позади, а рыдающие души должны быть готовы перешагнуть последний порог, открывающий переход во тьму, - современное представление Запада о комедии строится на абсолютно неправильном понимании реалий, отображённых в сказке, мифе и божественных комедиях о спасении души. В древнем мире к ним относились как к искусству более высокому, чем трагедия, более сложному для понимания, более стройному и содержащему больше откровений.
Счастливый конец сказки, мифа и божественной комедии души должен трактоваться не как противоречие, а как ПРЕВОСХОДСТВО над вселенской трагедией человека. Объективный мир остаётся прежним, но поскольку внимание обращено внутрь самого субъекта, именно он кажется изменившимся. Где раньше боролись жизнь и смерть, появляется бессмертное существо, которому так же нет дела до случайностей времени, как кипящей в котелке воде нет дела до играющих в ней пузырьков или как космос никак не заметит появления или исчезновения галактики.
Трагедия – это разрушение самой формы и нашей привязанности к формам вообще; комедия – это необузданная и беззаботная, неистощимая радость торжествующей жизни. Таким образом, трагедия и комедия являются выражениями единой мифологической темы и опыта, который включает и то и другое, будучи скрепляем ими: это движение вниз и движение вверх, которые вместе становятся откровением о жизни и которые человек должен познать и полюбить, если хочет очиститься от скверны греха и смерти.
Как написано в «Метаморфозах» Овидия: «Так изменяется всё, но не гибнет ничто и, блуждая, входит туда и сюда; тела занимает любые дух…»
Миссия истинного мифа и сказки в том и состоит, чтобы поведать истину об опасностях темного внутреннего перехода от трагедии к комедии и о том, как их преодолеть. Именно поэтому происходящее в них выглядит фантастическим и нереальным: потому что оно отражает не физические, а психологические победы.
__________
Дж. Кэмпбелл «Тысячеликий герой»