Пищеблок
Пока вся страна следит за Олимпиадой-80, в пионерском лагере «Буревестник» на Волге происходят странные события. Дети загадочно исчезают по ночам, а потом возвращаются — но совсем не такими, как прежде. Увлеченные летней свободой и друг другом вожатые не замечают, как в их отрядах оживают страшные пионерские легенды, а руководство лагеря делает вид, что все в порядке. Разбираться в тайнах «Буревестника» придется мальчику Валерке и вожатому Игорю. Для начала им предстоит понять, остался ли в лагере хоть кто-то, кому можно доверять.
Библиотекарь
Актёр-неудачник Алексей Вязинцев узнаёт, что при загадочных обстоятельствах был убит его отец. Алексей едет в Широнино, родной город отца, чтобы продать его квартиру, но вместо этого оказывается втянут в череду опасных событий. Местные жители верят, что книги давно забытого советского писателя Громова обладают магическими свойствами. Каждая из этих книг даёт конкретный эффект: Ярости, Терпения, Власти, Радости, Силы или Памяти. Тайный мир читателей книг Громова поделён на Библиотеки, которые охотятся за книгами по всей стране и готовы убивать конкурентов ради их силы. Вязинцеву предстоит стать частью одной из Библиотек, раскрыть секреты собственной семьи и отправиться на поиски самой редкой из магических книг — книги Смысла.
Два холма
Что будет, если в результате биологической войны почти все мужское население вымрет? Женщины погорюют (недолго), а потом объединятся и создадут новый лучший мир — с экогородками, возобновляемой энергией, возможностями заниматься чем захочется, хоть наукой и биохакингом, хоть йогой и саморазвитием. Размножение теперь происходит путем искусственного оплодотворения, а рождаются в новом мире только девочки.
Но не всем по нраву такое мироустройство. Часть оставшихся в живых мужчин и верных им женщин уходят жить в заброшенные мегаполисы, начинают воровать электричество, наслаждаясь свободой и традиционным сексом. Спокойствие идеально устроенного женского мира оказывается под угрозой, когда учительница Рада из экогорода «Два холма» встречает за его пределами молодого «примата» Геру.