«Re:Russia» – об особенностях текущих выборов

Издание «Re:Russia» пишет о специфике избирательных кампаний в 2023 году:

«Региональные избирательные кампании 2023 года в среднем выглядят несколько живее прошлогодних выборов, но достигается это более высокой активностью в отдельных случаях — в Якутии, Хакасии, Забайкалье, Красноярском крае, Иркутской области, Екатеринбурге, Великом Новгороде. В то же время и в этом году в большинстве регионов наблюдатели характеризуют избирательные кампании как самые бессмысленные, скучные и незаметные за последние 30 лет. <…> Этот контраст особенно заметен в тех регионах, которые еще пару лет назад представляли поле острой конкуренции. <…>

Одной из основных тенденций на этих выборах стало существенное сокращение числа желающих стать кандидатами на всех уровнях. Так, на выборах глав регионов показатель формальной конкуренции оказался самым низким как минимум с 2018 года — в среднем 5,2 кандидата на регион. В 2022 году этот показатель был равен 6,3, а в 2018-м, когда список выборов почти совпадал с нынешним, — 7,8. На довыборах депутатов Госдумы в четырех округах выдвинуто в два раза меньше кандидатов, чем в 2021 году в тех же округах. <…>

<…> Избирательные комиссии рапортуют о том, что доля «отсева» партий и кандидатов на этих выборах низка. Однако дело в том, что отсеивать оказалось практически некого. Кроме партий-льготников, регистрацию прошли в основном спойлеры. Показательна в этом смысле судьба списков «Коммунистов России», чья задача на выборах — оттягивать голоса у КПРФ. <…>

Причин такого нежелания участвовать в выборах несколько. Во-первых, нужно ясно представлять себе, из кого состоит политический класс в регионах и отделениях партий. Профессиональные политики, чьей работой фактически и является участие в выборах, составляют в нем лишь часть. Другая значительная группа — это представители бизнеса разного масштаба, которые рассматривают депутатские мандаты в качестве одного из инструментов решения своих бизнес-задач. Деньги на участие в выборах дает как раз эта группа. Но ее мотивация существенно снизилась. Кто-то последние полтора года в круглосуточном режиме спасает бизнес, кто-то минимизирует свое присутствие в России, а кто-то просто решил в нынешних условиях держаться подальше от публичной политики — как бы чего не вышло.

Этот мотив — «как бы чего не вышло» — перекинулся и на профессиональных политиков. <…> В этом году существенно возросло значение силового фактора в избирательном процессе. Создается ощущение, что силовая корпорация все больше оттесняет политических администраторов от управления внутренней политикой на всех уровнях — федеральном, региональном и местном. Насилие, которое и раньше встречалось на выборах, теперь стало преимущественно государственным и направлено на все категории участников выборов: кандидатов, наблюдателей и избирателей.

<…> С агитацией тоже все не очень хорошо. <…> У большинства партий заметен кризис в формулировании основных идей. Тема «СВО», которая должна была стать одной из главных в кампаниях, фактически находится под запретом. <…> Кандидаты прямо говорят, что публичная поддержка военных действий и чрезмерно патриотическая риторика ведет к проблемам с рейтингом, а реакция на нее на встречах с избирателями может оказаться непредсказуемой и довольно резкой. <…> Тема военных действий проскальзывает лишь в агитации откровенно слабых кандидатов или действующих губернаторов, которые в силу своих обязанностей вынуждены периодически заниматься вопросами оказания материальной поддержки семьям военнослужащих и прочими «военными» вопросами».