Его имя хорошо известно поклонникам футбола. Зепп Майер долгие годы был основным вратарем мюнхенского клуба «Бавария» и сборной ФРГ. По словам видного футбольного эксперта Гельмута Шёна, бывшего федерального тренера сборной этой страны, Майер благодаря своим «выдающимся способностям и чудовищной энергии» стал лучшим вратарем и самым популярным футболистом в Федеративной республике.
Автомобильная катастрофа, в которую 14 июля 1979 года попал Зепп (ему тогда было 35 лет), прервала его спортивную карьеру. Она считается самой блестящей за всю послевоенную историю в западногерманском футболе. В «послужном списке» Майера длинный перечень громких титулов и высоких званий: чемпион мира, Европы, своей страны, победитель турниров на европейские кубки. Достаточно долго Майеру принадлежал своеобразный рекорд по количеству сыгранных матчей: он выступил в 473 играх бундеслиги.
Он приезжал в нашу страну, встречался в товарищеских и официальных поединках с советскими футболистами как на «высшем уровне», так и на клубном. Зепп не скрывал, что хотел последовать примеру Льва Яшина, давшего образец спортивного долголетия на посту главного стража ворот советской сборной.
В 1980 году в Западной Германии была издана книга Зеппа Майера. У нее несколько необычное название «Я BCE-ТАКИ НЕ ГЛУПЕЦ». Это мемуары человека, поднявшегося, что называется, с низов на вершину профессионального футбола. В объемистом томе почти на 300 страниц речь, разумеется, идет о «Баварии» и западногерманской сборной, о знаменитых на Рейне «профи», о работе тренеров, об отношении игроков к «большим деньгам».
Автор не ограничивается описанием лишь триумфов и побед, но и рассказывает о неудачах и поражениях. Не претендуя на всеобъемлющий показ проблем профессионального футбола, он говорит о ряде его негативных факторов - о жесточайший конкуренции, закулисных махинациях, опасных последствиях травматизма, о вандализме на трибунах.
С тех пор как мне исполнилось 15 лет, я стоял в воротах, больше полмиллиона раз бросался в пыль и грязь.
Уж раз мы затрагиваем цифровые данные, приведу еще некоторые: я защищал ворота 20 лет, в том числе четырнадцать в бундеслиге, тринадцать - в матчах национальной команды. Ревностный поклонник статистики высчитал, что это составило 51120 минут игрового времени в ходе моих 473 выступлений в матчах бундеслиги и 95 в матчах сборной Федеративной Республики Германии.
Но важнее другое: за все эти годы, что бы со мной ни случилось, игра мне доставляла радость. Конечно, игрой в футбол я зарабатывал деньги, однако с избытком получал еще и удовольствие.
Моя футбольная жизнь длилась дольше обычного. Разумеется, есть несколько исключений: Фриц Вальтер и Бобби Чарльтон еще играли, когда им было по 38 лет; Лев Яшин, выдающийся для меня пример, стоял в воротах в свои 40 лет; Стэнли Мэтьюз удержался на поле даже до своих 50 лет. Однако этим почти исчерпывается подобный перечень. Я в свои 35 лет уже являлся одним из старейших среди ведущих игроков.
Майеру довелось стать свидетелем того, как профессия профессиональный футболист крушила очень талантливых игроков, как друзья по команде из зависти и стремления к выгодному заработку нападали друг на друга, как превосходные в человеческом и спортивном плане тренеры и футболисты совершенно внезапно исчезали со сцены и попадали в полную неизвестность.
Хотел стать центрфорвардом
С пятилетнего возраста Майер начал играть в футбол. Мяч, которым он играл был сшит из старых тряпок, но он его любил так же сильно, как любят в наши дни ребята подаренную им электрическую железную дорогу. Уже с детства он был ловким, гибким парнем и в то время ходил на занятия в гимнастический клуб. Еще в школу не поступил, а уже считался в Хааре, местечке под Мюнхеном, где жила семья Майеров, "суперзвездой" в таких видах, как брусья, опорные прыжки и вольные упражнения. Позднее, Зепп даже стал чемпионом среди юношей. Эту спортивную грамоту он хранит и по сей день.
На футбольном поле моя тщеславная цель звучала так: Зепп Майер - знаменитый центральный нападающий. Мне хотелось забивать голы, а не предотвращать взятие ворот другими игроками. Это мне тогда подсказывал мой инстинкт. Ведь восхищаются тем, кто проводит мяч в ворота. Если он пару раз пробивает рядом со штангой, ему вновь прощаются все ошибки при его первом же голе.
Вратарь же в совершенном ином положении: он может демонстрировать на протяжении 89 минут мастерство чемпиона мира, но стоит допустить маленький, непоправимый просчет, как он слывет глупцом, посмещищем в глазах всей нации.
В свои пять, шесть, семь, восемь лет я, разумеется, так не рассуждал, однако место в воротах всегда занимал лишь при следующих обстоятельствах: если у «штатного» вратаря пропадало желание защищать ворота, если игре грозило досрочно завершиться или если на площадке было действительно очень грязно после дождя. Вот тогда мне доставляло удовольствие бросаться со всего маху наземь, да так, что во все стороны разлетались брызги грязи.
В Хааре семья Майеров оказалась первой, у кого дома появился телевизор. В то время начались первые трансляции крупных футбольных матчей. В такие дни, как рассказывал Майер, он, конечно, не отрывал носа от телеэкрана. И по телевидению впервые увидел великого Яшина.
Тогда еще разрешалось атаковать голкипера во вратарской площадке, и у Яшина выработалась привычка при приеме мяча падать на колени, втягивать в себя голову, да так, что почти казалось, что он хочет спрятаться у себя под лопатками.
Когда Зепп после телепередачи выходил на улицу и перед какой-либо стеной приступал к своей персональной вратарской тренировке, то с силой лупил мячом по стене, затем бросался на отскакивающий мяч, падал на землю и втягивал в себя голову, хотя поблизости не было никого, кто мог бы его атаковать. Любой наблюдающий в эти минуты за ним, бесспорно, думал, что он, наверняка, из больницы для умалишенных.
Часть 2