Специальная военная операция демонстрирует слаженность и взаимодействие всех подразделений ВС РФ, профессионализм и мужество солдат и офицеров. Среди российской группировки войск значимое место занимают и подразделения ВДВ, которым доверяют самые опасные направления. Сейчас десантники держат оборону и уверенно контратакуют противника на самых горячих участках фронта — в сводках Минобороны РФ их упоминают ежедневно. О значимой роли десантников в ходе СВО aif.ru рассказал бывший командующий ВДВ генерал-полковник Георгий Шпак. Да и повод для разговора нашелся «юбилейный» — сегодня Георгию Ивановичу исполнилось 80 лет.
Виктор Сокирко, aif.ru: — Георгий Иванович, для начала позвольте от имени aif.ru и наших читателей поздравить вас с замечательной датой — 80-летием и пожелать крепкого десантного здоровья! Ну и, естественно, поговорим о ваших любимых десантных войсках, в том числе и об их участии в специальной военной операции.
Георгий Шпак: — Спасибо!
— Специальная военная операция, начавшись стремительным натиском, сменилась для российской армии переходом к оборонительным действиям. В чем здесь стратегия?
— Во-первых, в изначальных планах не стояло задач с ходу взять Киев или другие крупные города за пределами Донбасса. Это была своеобразная разведка боем, прощупывание противника, да и оценка собственных сил требовалась, ведь после августа 2008 года в Грузии наша армия опыта боевых действий не имела, хотя и проводила крупномасштабные учения. ВДВ в том числе усиленно работали над повышением боевого мастерства. И изначальная задача была в помощи республикам Донбасса с последующей демилитаризацией и денацификацией. Не нахрапом, а пошагово, с непременным продвижением вперед.
Во-вторых, военная тактика предполагает свои методы противодействия противнику, как в наступлении, так и в обороне. Как говорится, сообразно обстановке. Вышел на заданный рубеж — закрепился и осмотрелся, жди дальнейших указаний. Опять же приходилось продвигаться через густонаселенные районы, и нужно было сохранить мирных жителей. ВСУ на юго-востоке Украины сосредоточили крупную группировку, которая прикрывалась гражданским населением. Наносить фланговые удары с глубокими рейдами в тыл означало оставить за спиной крупные силы противника, а это могло быть опасным.
— Тем не менее в самом начале СВО десантники стремительно захватили аэродром «Антонов» в Гостомеле неподалеку от Киева. Чем это было обусловлено?
— Это был важный стратегический объект с взлетно-посадочной полосой, способной принимать тяжелые военно-транспортные самолеты. Мне приходилось ранее бывать на этом аэродроме, представляю его значимость в плане переброски войск и боевой техники. Помимо ВПП, там расположен и крупный авиационный завод с большими производственными мощностями. Важно было взять этот объект именно под контроль, а не разрушить. Ну, и Киев был напротив, в случае поставленной задачи к городу можно было подойти без форсирования водной преграды.
А операция действительно была уникальная — в стилистике десантных войск. Высадились на аэродроме вертолетным способом, заняли ключевые точки для обороны и приняли бой в ожидании подкрепления. Все как по учебнику тактики ВДВ. Захват стратегического объекта в виде аэродрома прошел безукоризненно, хотя без потерь с нашей стороны, к сожалению, не обошлось.
— Почему не на парашютах высаживался десант?
— В этом не было особой необходимости, десантники и с высадкой из вертолетов прекрасно справились. Опять сработал принцип скрытности при выдвижении, который обеспечил эффект неожиданности для противника. Все случилось внезапно для украинских военных, что стало залогом успеха. Парашюты могли демаскировать десант, да и самолеты ВТА в небе могли привлечь больше внимания, чем вертолеты на малой высоте. Операцию в итоге провели силами 200 человек, которые добрались до объекта за 20 минут.
— Сейчас десантники в ходе СВО действуют в привычной для себя боевой обстановке — совершают разведрейды, уничтожают ДРГ противника в лесной и степной местности. А вот готовы ли ВДВ к действиям в городских кварталах, если придется в них входить?
— По моему разумению, сейчас следует создавать мобильные штурмовые группы, неважно, будут это десантники или мотострелки. Их нужно усиливать парой танков, огнеметчиками и гранатометчиками, обеспечивать огневой поддержкой. Каждая такая группа идет по своей стороне и действует самостоятельно, находясь, естественно, в контакте с другими подразделениями и под общим командованием. Выдавили противника из дома или улицы, приступили к следующему объекту — и так шаг за шагом продвигаться вперед.
Здесь далеко ходить не надо — у нас есть богатый опыт Великой Отечественной войны, когда Красная армия освобождала и свои города, в том числе во время Киевской наступательной операции, и прошла пол-Европы, взяв в итоге Берлин. Его до сих пор изучают в военных академиях как образец проведения боевых операций в городских условиях.
Нужно изучать и негативный опыт, как это было при первом штурме Грозного зимой 1994-95 года. Тогда были допущены ошибки, которые привели к неоправданным потерям наших войск. Тогда я пытался посоветовать начальнику Генштаба Анатолию Квашнину не брать город штурмом, не втягивать туда колонны техники. Такого же мнения был и замкомандующего ВДВ Александр Чиндаров, но к нашему мнению он не прислушался.
— Сейчас часто упоминается, что десантники используют при ведении боевых действий танки. Тяжелая техника нужна ВДВ?
— Основу ВДВ по-прежнему составляют воздушно-десантные, десантно-штурмовые дивизии, отдельные бригады и спецподразделения. Как показала современная практика, применение танков для десантников стало необходимостью. И если еще со времен Афганистана танки ВДВ придавались на время проведения операций, то сейчас по танковой роте присутствует в каждом соединении. Это повышает мобильность и не требует времени на разного рода согласования. Сейчас, в ходе проведения спецоперации, это показало свою эффективность, а профессия десантник-танкист считается очень востребованной. Насколько знаю, «крылатые танкисты» совершают парашютные прыжки, как и все военнослужащие ВДВ.
— На разных направлениях СВО действуют и десантники, и пехота, и танкисты. У каждого свое командование, а как добиваются взаимодействия между ними?
— В российской армии принцип единоначалия никто не отменял. Есть командующий объединенной группировкой, он же начальник Генштаба Валерий Герасимов, который координирует всю ситуацию. Есть командующие группировок войск, которым подчиняются все силы в зоне их ответственности, независимо от родов войск, и стратегические задачи выполняются по их приказам. Каждый командир имеет конкретную задачу, но все нити управления сосредоточены в общем штабе группировки, откуда координируются все действия, от наступательных операций до подвоза боеприпасов и продовольствия.
Как видно в ходе контрнаступления ВСУ, украинская армия взаимодействие и общее командование потеряла. Не могут найти понимания между собой и генералы, и командиры на передовой, которые действуют по своему разумению. Отсюда и огромные потери, и невыполнение поставленной задачи.
— Общую численность российской группировки в зоне СВО можно назвать лишь приблизительно. А вот достаточно ли их количество, в том числе и подразделений ВДВ?
— Судя по тому, что у нас из 300 тысяч мобилизованных в боевых действиях принимает участие чуть больше половины, вполне достаточно. Резервы еще есть, и новая мобилизация не требуется. Вот скажем, в специальной операции участвуют все соединения ВДВ, но не полным составом, а лишь частично. Это позволяет проводить ротацию десантникам, дает возможность подготовить тех, кто отправится в зону боевых действий. Нет такого, чтобы всю часть в полном составе отправили на СВО. Это касается и подразделений спецназа ВДВ, которые выполняют специальные задачи. Сил на передовой хватает.
— Какие части ВДВ принимают участие в СВО?
— Это подразделения из состава четырех дивизий ВДВ — две воздушно-десантные (ВДД) — 98-я из Иваново, 106-я — Тула, десантно-штурмовые (ВДШ) — 7-я из Новороссийска и 76-я из Пскова. Названия городов — место расположения штабов, у частей есть другие места дислокации.
Также на передовой находятся четыре отдельных десантно-штурмовых бригады — 11-я из Улан-Удэ, 31-я из Ульяновска, 83-я из Уссурийска и 56-я из Камышино, которая сейчас преобразована в 56-й десантно-штурмовой полк, который базируется в Крыму, в Феодосии.
Больше срочных и эксклюзивных новостей — в телеграм-канале АиФ