— Спасибо, меч! — сказала она. — Твоя пятая победа! Красавчик! Заслужил!
— она хмыкнула. — А теперь, Фрил, помоги мне... ноги болят, не могу самостоятельно нормально идти, а нам нельзя темп сбавлять! Даже подняться пока что не могу!
— Согласен, — кивнул тот. — Правда, для начала у меня есть одна идейка! — он хищно улыбнулся и спустился на несколько ступенек ниже.
— Какая такая идея?! — спросила недоумевающая Ниона.
— А вот такая... — он начал водить руками из стороны в сторону, что-то бормотать, и впервые за все время его колдунства она услышала знакомые слова, которые время от времени в странном порядке и значении выстреливали в его речи.
На все про все Фрил потратил почти минуту. Запыхался. Вспотел еще сильнее. Слегка взорвался пару раз. Но вот перед обугленным пятном на ступеньках и перед обугленным парнем появилось нечто, что напоминало Нионе упаковку, в которую обычно прячут подарки на её стороне мира-монеты.
— И? — спросила она. — Доволен?
— Очень! — он блеснул белыми зубами на фоне замазанного гарью черного лица. — Мы узнаем о том, что они дошли до этого места! Ой, в любом случае узнаем! — он улыбался как-то заговорщически, будто чёрный кот, что обожрался сметаны! Кстати, дышал он так же тяжело и лениво.
Сказав это, Фрил, подошел к Нионе, чтобы наконец помочь ей. Закинул её свободную от меча руку себе на плечо, и они двинулись вперед под музыкальное сопровождение «пум»-песни, которая сейчас изобиловала героическими мелодиями и нотами, одновременно с этим содержа в себе нечто тревожное и тяжелое… Спустя целый продолжительный день подъема, когда смеркалось, они наконец перевалились через возвышенность Впуклого перевала и начали столь долгожданный спуск до Пердоболота.
Меж тем, по всей видимости, Монозавр был не маленьким и оттеснил надвигающихся врагов достаточно далеко назад. Вычислялось это очень просто: Фрил все ждал того, когда его небольшой подарок будет найден.
Так, спустя минут через десять после начала их спуска с перевала из вогнутости в земле как из рупора прозвучало огромное количество взрывов со свистами, с треском, с хлопками и даже — во всяком случае, дуэту с мечом показалось, что они слышали — громкие крики страха, хаоса и непонимания.
— Ты что там натворил, Фрил?! — удивилась Ниона, которая не так давно смогла начать нормально идти сама, почувствовав, что ноги вновь имеют силу после тех прыжков и ударов… что ноги немного восстановились и готовы нести её вперёд.
— Я там натворил кучу цветных бабахов! — гордо сказал тот. — Это их задержит ещё… надолго, скорее всего! А-ха! — сказал он, после чего начал ругаться и отплевываться.
— Ты чего? — поинтересовалась Ниона.
— Да, вот от этого, стального, сначала его этот «пум» подцепил, а теперь «а-ха»! Бесит! — недобро сказал Фрил и при этом бессильно посмотрел на меч, который лежал на плече Нионы. — Так, а ведь нам надо бы ещё и еды найти, иначе завтра будет печально. И рулета осталось совсем немного.
— А долго нам до столицы? — поинтересовалась Ниона.
— Да пара дней, если напрямки дернуть… — ответил Фрил.
— Эх! Тут такая ужасно-прекрасная флора и фауна! На Пердоболотах! Ах! — с каким-то непонятным дуэту придыханием радости произнёс меч, и если Ниона ни единого раза не видела этого места, а Фрил только слышал о нем, одно название не внушало доверия и заставляло задуматься.
— Прекрасная? — удивился Фрил. — В смысле, прекрасная?! — он улыбнулся. — Там если что-то не воняет, то смердит, если не смердит, то воняет! При этом если не земля норовит засосать и больше никогда не выплюнуть, то какая-нибудь склизкая зараза, что не имеет возможности ходить, но при этом как-то так, пусть неуверенно, но все же немного ползает, перемещаясь мимо, хищно косится глазом или глазами, что всенепременно отстают на пару метров от основного тела...
— Зато такое все блестящее и мягкое! М-м-м! — задумчиво протянул меч — А еще вот ты подумай, на Пердоболотах и поселения есть, и те, кто там живут...
— А там кто-то живет?! — перебив, поинтересовалась Ниона. — Может быть, в таком случае, пойдем и закупимся у них едой? Денежка у меня пока есть. Не знаю, сколько, но есть.
— Да, есть там несколько городков небольших, на сваях стоящих, но я бы не рисковал там покупать продукты, — сказал Фрил. — Да и контингент там живет такой себе, очень своеобразный. Не могу сказать, что плохой, просто своеобразный.
— И кто же там живет? — поинтересовалась Ниона, но ей ответил меч, а не Фрил.
— Был я там с одним вором. Интересный такой мужчина, проворный и ловкий, но недостаточно, чтобы владеть великим мной и пробивать себе путь к счастью и свободе резвой рукой! А-ха! — сказал меч. — Но я не об этом... Так вот, был я в одном поселении. Там было несколько семей фонарщиков, несколько семей людей, несколько семей карабаксов и вантан, и все они нормально уживались, только чужаков не очень любили... Вот и вора немножко не полюбили... вот только я не знаю, связано ли это как-то с драгоценными фамильными запонками кого-то из ухочей, которые тоже там жили, или нет.
— Ну, понятно, — протянул Фрил. — И долго ты потом там валялся?
— Ну, так... пару-тройку… пятерку лет точно пролежал, наблюдая за фауной и за флорой. За это время я начал наслаждаться окружением. Видеть нечто такое, эстетически прекрасное! — ответил меч.
— Стоп! Давайте сначала выясним, можно ли купить там съедобного или нет? — спросила Ниона.
— Лучше не надо, честно, — сказал Фрил. — Тут не самое лучшее место для добычи провианта или покупки такового. Мультан как-то рассказывал о том, что эти самые поселения занимаются добычей чего-то там за хорошие йоты, а им взамен доставляется все необходимое для жизни. То есть если они что-то и выращивают, то крайне своеобразное и для себя. И вообще, нам лучше быстрее пройти сквозь, чем рассуждать о том, как удлинить наш путь, потому что на поиск любого из таких поселений мы однозначно потратим много времени.
— Ладно. Согласна. Аргументировал, — кивнула Ниона. — Так, а когда мы на привал устроимся? Я больше не могу шуршать своими шуршалами. Устали и болят. Болят пусть и не так сильно, но ощутимо.
— Думаю, минут через десять можно падать. Сейчас место удобное найдем, и ага! — сказал Фрил.
— А вообще, детишки, вы можете сейчас свернуть направо, немного пройти в сторону, и там наткнетесь на интересную полянку, с которой откроется прекрасный вид на местность, правда, завтра, потому что сейчас уже как бы та сторона света... — хихикнул Меч. — Темно! А-ха!
— Место былой славы, да? — хихикнул Фрил.
— Нет, просто с одним из героев, что бегал туда-сюда по болотам... у него какой-то бизнес был, связанный с продажей бивней склизняков. Точно не помню... — сказал меч. — Короче, мы тут как-то останавливались и отдыхали. Красивое место.
— Ну что, Фрил, доверимся этому... куску холодной стали? — поинтересовалась Ниона, запнувшись, — Слушай, а имя у тебя есть или нет? А то неудобно мне к тебе обращаться: «Меч»!
— А чем «Меч» не имя для меча? — хихикнул меч, и Ниона округлила глаза.
— Кхм... действительно, — согласился Фрил.
— Ладно, меч... Мечом, стало быть, звать тебя буду, — задумчиво пробубнила Ниона. — В итоге ничего не изменилось.
— Так это ж прекрасно! Никакого дискомфорта при переходе от одного обращения к другому! Нет никаких неловкостей или типа того! А-ха! — со знанием дела проговорил Меч, который был мечом и не только не отрицал этого, более того — гордился. — Кстати, можете останавливаться прямо-о-о сейчас! Мы пришли! — сказал он.
— Куда мы пришли? — затупил Фрил.
— Туда, откуда завтра утром откроется прекрасный вид! — довольным тоном высказался меч. — Все, давайте отдыхайте! Я даже постараюсь помолчать, а для этого сначала мне жизненно необходимо хорошо наговориться, и, кстати, я знаю, о чем рассказать!
— Так, стоп, подожди немного! — сказала Ниона. — Сейчас мы поставим палатку, придумаем что-нибудь покушать...
— Кушать, кроме остатка рулета, ничего больше нет. Мультан не рассчитывал, что… — Фрил на секунду замолчал, чтобы слегка наклониться и скинуть сумку с плеча. — Что мы все же попремся по той дороге, где ничего особо купить не получится… — он отошел чуть в сторону, после чего начал быстро щелкать пальцами. — Хорошо, что мы дали себе несколько часов передышки... иначе пришлось бы до самой столицы бежать со всех ног! Но вот вы!.. Так круто спустили монозавтра со ступенек! Прям такие кульбиты, прям такие прыжки ты сделала! Очень круто! Прям, героишно! — он рассмеялся. — Думаю, ты и сама теперь чувствуешь себя авантюристом, что пришел спасти Лесоборье!
— Нет, не чувствует, — быстро ответил Меч. — У нее вообще, кроме мысли о том, как бы поскорей домой вернуться, ничего особо в голове и нет. Такое: ту-дум ту-дум, ту-дум ту-дум, хо-чу до-мой, хо-чу до-мой! Напоминает работу какого-то механизма.
— Кстати, о механизмах! — сказал Фрил. — Я удивлен, но во Впуклом перевале, судя по рассказам и историям, должно было быть много всего после битвы предыдущего героя с той стороной земли... а там ничего нет! Вообще ничего! Я так расстроен. Думал, хоть посмотрю на всякие там штуковины интересные.
— Ты бы лучше радовался тому, что жив, учитывая, что мы умудряемся встретить на своем пути вообще всех, кого только можно и нельзя встречать! — ответила Ниона, уже сидя на земле и упираясь ладонями.
Фрил ничего не сказал на это. Он ходил по округе, щелкал пальцами, устанавливая палатку и так далее и тому подобное... короче, вел себя как порядочный супруг, который ухаживает за своей дамой, вывезя таковую куда-нибудь на летний променад в кустики, дабы мяска пожарить да комариков свеженькой, красненькой накормить от пуза! Причем, Фрил в данном случае был образцовым супругом, потому что они были вдвоем: без шумной компании, что так или иначе, собравшись полным составом, устроит не просто балаган, а балаганище!
— Ну, эм, да, — буркнул Фрил.
— Ребятушки, поторапливайтесь! Меня сильно интересует ваше мнение касаемо одной истории, которую я слышал от Мурдыкса, великого мыслителя и прекрасного человека, что боролся с жизнью и повседневностью! А-ха! — Меч потихоньку начинал набирать обороты, таким образом действуя на нервы своим попутчикам.
— Да подожди ты! — сказала Ниона. — И вообще, если бы можно было превратить хоть часть твоих слов в еду, было бы интереснее! — сказала она. — Кстати, Фрил, а ты ничего наколдунствовать не можешь?! Такое сытное и питательное, а главное — много?! Вместе с водой! А лучше с колой... Колы хочу выпить, аж не могу!
— Ко-лы? Какой такой колы?! — заинтересованно вклинился Меч. — Я бы тоже не отказался от этой самой колы!
— Вот скажи мне, милый друг Меч, — устало сказала Ниона, преднамеренно растягивая предложения и вопросы, чтобы как можно меньше слушать меч, — а ты можешь хоть что-то, кроме гордости и героизма, чувствовать?! Или в тебя только это заложено? В смысле – разговор? — поинтересовалась она, втыкая острие меча в землю. К этому моменту она как раз зашла в палатку и намеревалась отправиться к той раскладушке, на которой уже даже как-то и привыкла отдыхать.
— А… ну... пум-пум-пум... пум, пум-пум... — ничего не ответив, сделав вид, что не услышал вопрос, Меч развернулся и начал пумкать. Ну, он развернулся бы. Если бы мог… но пумкать начал.
— Пум-пум-пум... пум, пум-пум... — тут же начал напевать себе под нос Фрил, после чего скрипнул зубами и бросил один озлобленный взгляд в сторону меча, который тоже пел «пум»-песню, только на свой лад, в своей тональности и никаким образом не обращал внимания ни на ученика колдуна, ни на Ниону, которая все еще ждала ответ на свой вопрос.
— Как думаешь, а Мультан уже получил твое сообщение? — спустя несколько минут спросила Ниона, завалившись на раскладушку и уставившись куда-то под купол палатки, сквозь материю которой так хотелось что-нибудь увидеть, но было нельзя. С этой стороны, они были видимыми и материальными друг для друга, а с другой стороны — невидимыми, но не менее материальными, а все благодаря самой палатке.
В это время Фрил старательно вытряхивал сумку в попытке найти что-нибудь, помимо странных фруктов, которые за последние несколько дней еще и выглядеть стали ну прямо совсем не аппетитно.
— Ой, не знаю, — Фрил пожал плечами. — Я бы не стал есть вот эти фрукты чисто из опасения того, что они не самые вкусные. Также, у Мультана крайне странный вкус, с которым лучше не искать ничего общего, — он скривил такую физиономию, словно ему дали пожевать ядерный лук с таким же лимоном.
— Слушай, вот ты болтаешь-болтаешь об этих фруктах... ну, не думаю я, что Мультан закинул в сумку что-то такое, чего мы скушать не сможем или что для нас не совсем предназначается, — сказала Ниона. — Вон, дай мне вон ту штуку, кругленькую. Попробую, что ли.
Она улыбнулась, а Меч в этот момент прямо совсем затих. Он внимательно наблюдал за тем, как она будет пробовать так называемый вильнекс, и ждал её реакцию.
Что хочется сказать... Мультан действительно любит вильнекс и другие не совсем стандартные фрукты, которые предпочитают употреблять в пищу фонарщики, мохноногие дальнеследователи, склизняки, да и другие всякие существа. Я помню, как он меня сводил с ума этими своими странными гастрономическими предпочтениями, хотя сейчас я бы с огромным удовольствием съел и вильнекс, и канагат, и рахасный паштиль!
Что касается вильнекса, он не столько сладкий, сколько напоминает какой-то соленый огурец в шоколаде с банановой помадкой и сливками. Короче, гадость редкая, но как и доширак, попробовав раз, будешь хотеть всегда, иногда… и особенно в голодные годы. И вот сейчас Ниона хотела попробовать вильнекс.
— Я бы не советовал... — сказал Фрил. — Вот честно, с душой и от всей души, я бы не советовал.
— Да ладно тебе, — отмахнулась Ниона.
— Может, попробуешь канагат? — спросил он и увидел, насколько сильно скривилась она, увидев нечто, что сразу ей напомнило пластилиновый кирпичик грязно-серого цвета.
На самом деле, канагат — штука вкусная. Как бы так объяснить его вкус... Вот представьте себе смесь лайма, карамели и мяты. Очень прикольный вкус, правда, много его есть нельзя. Он каким-то образом воздействует на организм, и тот начинает трястись как от ударов электричества. Чем больше съешь, тем сильнее будут разряды. Вообще, по ту сторону мира-монеты нет ничего такого вкусного или прикольного, что можно съесть много. Всякая сладость имеет за собой побочный эффект. Наверное, именно по этой причине здесь практически нет полных существ. В смысле, полных от обжорства. Есть такие существа, которые так или иначе будут полными, просто потому, что это часть их вида, не более того.
Меч молчал. Он ждал кульминацию этой сцены. Он даже вынул из своего типа рта что-то напоминающее язык и прикусил его.
— Ну, ладно... я пытался тебя отговорить от этого, — сказал Фрил и протянул Нионе вильнекс.
Ох... как Ниона плевалась. Как ругалась, вспоминая имя премудрого и прекрасного, причудливого и превосходного правителя, оставившего после себя историй, выдумок и додумок столько, сколько не поместится даже в бесконечном писании о нем! А все потому, что даже после смерти сего персонажа до сих пор продолжали всплывать или придумываться какие-то факты и байки, расширяя количество вопросов об этом персонаже.
— Ой... — её передёрнуло. — Водички дайте мне какой-нибудь, пожалуйста! — сказала Ниона. — О-о-ох! Какой кошмар! Это ж кто такое есть будет? — спросила она, продолжая кривиться.
— Дождевики очень любят вильнекс, но им его много кушать нельзя, их начинает кружить на месте, без остановки. Почему, не понятно, но вот они прямо тащатся от него. Мохноногие могут немного покушать, но так, без особого фанатизма, — честно сказал Фрил.
— И вот Мультан тоже ест вот это такое? — поинтересовалась она.
— Ага. Да. Его прет от подобных странных штуковин. Как будто бы он компенсирует нехватку колдовства в жизни, — хмыкнул Фрил.
Меч наконец отреагировал, громко рассмеявшись. Он был буквально счастлив увидеть такую реакцию девушки, о чем тут же рассказал.
— Это же самая замечательная реакция на вильнекс! Самая правильная! Которую можно пережить всего раз! — смеялся Меч. — Я помню, как Мурдыкс выводил в своих садах вильнекс! Причём самостоятельно! Травология и ботаника были одними из его увлечений. Он все хотел придумать нечто такое, что сможет подчинить народы. Но так и не получилось… А вильнекс выкрали в итоге из его огородов и начали не только культивировать, но и неплохо на нем зарабатывать! Кстати, мальчик, ты совершенно не прав касаемо конкретно этого фрукта. Он всем после первого укуса не нравится, а потом ничего так… и у него есть особенность: чем больше и чаще его ешь, тем меньше замечаешь его ужасность.
В ответ на это Фрил скривился и с недоверием посмотрел на Меч, а потом резко поднялся и вышел из палатки.
— Что случилось? — продолжая кривиться и искоса смотреть на фрукт в руке, поинтересовалась Ниона.
— Камень, — коротко ответил Меч, и она поняла, что к ним приближается скоростной камень.
Минуты не прошло, как Фрил вернулся в палатку.
— Ну что, послушаем, что там учитель наговорил?! — в связи с последними событиями он забыл про коленки крокса, о которых спрашивал, и первое, что сорвалось с поверхности небольшого голышика, была ругань, которой Ниона ещё не слышала. За руганью послышался вопрос: «Коленки у крокса?! Маленький паршивец! Вот вернёшься ты!» — затем вновь ругань, прерывающаяся на какие-то размышления о запустении тяжёлой дороги, о вантанах и карабаксах, что бродят и патрулируют, после чего опять о кроксе и его коленках.
Суть изречений Мультана касаемо вопроса Нионы, что поставил в тупик Фрила и что был передан колдуну, заключалась в следующем: «Мы потратили два дня в стойле крокса у Виспела, внимательно наблюдая за движениями и время от времени запуская в зверушку колдунскую молнию, чтобы выяснить, как она движется! Ты понимаешь, гадёныш, два дня, которые можно было посвятить реально полезным делам, мы проторчали с кроксом в его загоне!» Самое смешное, Мультан так и не сказал, есть ли коленки у крокса или нет.