— И все таки, кем ты хочешь быть? В смысле, работать?
– А пофигу кем, лишь бы штаны поддерживать. А музыка – это то, что я хочу для развития и самореализации.
Вот примерно такой диалог состоялся у меня в 2006 году осенью, когда я задолбалась после очередной работы и пошла гулять с одним знакомым.
А тем временем, после развала первого музыкального коллектива, где я играла, с музыкой тоже было непонятно что. Пробовала собрать свой проект, но поняла, что мне тяжеловато вклиниваться в организационные моменты.
С учебой в архитектурном институте тогда настало совсем тяжко: поняла, что не вывожу проектирование, не понимаю, в чём дело, снова толком мне никто ничего не объяснял и я решила "пофиксить" эту ситуацию, устроившись работать по специальности, в архитектурный отдел ГИПРОНИИАВИАПРОМ техником, архитектором 3-й категории. Учеба на вечернем позволяла.
В сравнении с частными архитектурными мастерскими, и где я на первом курсе макеты клеила, и где позже я подменяла пару месяцев ушедшего на больничный секретаря, вокруг меня в этой конторе царила атмосфера депрессухи. По части работы, которая перепадала мне – это было перечерчивание некоторых старых чертежей в автокаде, на плохом и старом экране. А иногда работы не было вообще, например, весь август месяц. Но приходить было надо: отмечали по карточкам, прикладываемым на проходной.
Зарплата у всех в этой мастерской была маленькая. Особенно мне было странно там видеть тех же архитекторов возрастной категории около 30 лет, как и в частных мастерских. Но тут люди были злые, уставшие от жизни. Как будто их жизнь чем-то обидела: вынуждены гнить за эти три копейки в ушатанной конторе с плохой техникой, хотя я видела и другие архитектурные мастерские, где такие же люди, той же категории и получали нормально, и даже на хороших авто ездили, и были весьма доброжелательны и веселы.
Я думала тогда, в свои 20 лет: "Что мешало им поменять работу?" Но не понимала.
Когда на работу приходить было надо, но работы не было, я спасалась книжками Акунина, а вечером, если настроения в институт идти совсем не было, я списывалась по СМС с кем-то из околомузыкальной тусовки и шла гулять.
В выходные иногда случались репетиции. Это было то, что несло радость. Но вот, после развала группы Corona Mortiis, я долго не могла найти себе ничего поиграть. Где-то не устраивала людей я, где-то — они меня, и это нормально.
В архитектурном институте закончился рисунок и началась живопись. И снова я, уже с маленьким MP3-плеером и наушниками, на какой-никакой арт-терапии. Помню, мне тогда особо зашел альбом "October Rust" Type-o-negative и альбомы "Frore Meadow", "Plaintive Scenes" финского коллектива Yearning. Как раз грустное, осеннее настроение.
Проработав в архитектурной мастерской ГИПРОНИИАВИАПРОМа (ииии... Так и не разобравшись капитально с проектированием на практике) лето 2006 и осень 2006, я ушла. Поняла: "Не, все-таки, видимо, не моё". Но вот в 20 лет ты разве скажешь об этом честно? Себе, родителям? Как отстоять себя, как не конфликтовать? А х.з.
Я попробовала доучиться по инерции, с работами — снова чисто "утилитарный" смысл: "нужны деньги — работай". Обидно было, что по части музыки я не могла ничего найти, до начала 2007 года практически.
В конце декабря 2006г, благодаря приятельнице с сайта готических дневников, я узнаю о том, что есть вакансия секретаря в кадровом агентстве, где она работала. Оплата втрое выше, чем в ГИПРОНИИАВИАПРОМе у меня была. Естественно, я подорвалась.
Неплохой офис на бауманской, даже какие-никакие перспективы (приятельница сама была секретарем, я пришла на её место, а ее саму — повысили). Единственное, что со временем я поняла — жуткий, (простите, фем-сёстры, но) бабский, змеиный коллектив.
В январе 2007, на работе листая мьюзикфорумс в перерыве под кофе, я нашла объяву о том, что в фентези-фолковый проект Tindomerel ищет клавишника.
Списалась с автором объявы. Кстати, это был – Сергей "Ivor" Корчагин, барабанщик (позже – фолкер-мультиинструменталист, замеченный в таких коллективах, как Teufelstanz, Hogwarts)
Конечно, уровень коллектива меня не совсем устраивал, но я решила попробовать. Тем более, что мне было обидно, что и мой проект после развала первой самой группы не удался, и что я сама себе долго не могла ничего найти. А тут у ребят хоть какая-то движуха, и концерт планировался как раз, когда я пришла.
Кстати. История под названием: "коллектив уровнем не устраивает, но делай свою часть работы настолько хорошо, насколько можешь" очень мне пригодилась позже, в сессионной деятельности. Так что да, Tindomerel в этом плане были хорошим уроком :)
На концерт с Tindomerel я позвола вокалиста первого моего коллектива, Corona Mortiis. После выступления спросила: "Ну что, как тебе?"
Получила ответ: "Ну, это — не твой уровень, понимаешь?"
А я не понимала. Учитывая, что долго что-то искала, разочаровывалась, хотя очень хотела продолжить играть активно после развала первого коллектива, и... Не понимала свой уровень. Реально!
В общем, из коллектива Tindomerel я ушла довольно быстро.
***
Лето 2007 года было для меня тоже непростым. И вляпалась в то, что называется токсичными отношениями, и снова не могу найти себе что-то поиграть.
Опять шерстила форумы, наткнулась на объявление о поиске клавишника уже известного мне по совместным концертам с Corona Mortiis: ансамбль Chaos Alter. На тот момент в группе был гитарист, барабанщик и я, всё. И за все лето репетиций у меня складывалось ощущение, что музыканты просто репетируют, что называется, "поддерживая форму", а какого-то роста, серьезного движа не планируется. И в районе августа 2007 года я перестала с ними репетировать.
С архитектурным институтом у меня был – пик полного шваха, когда стало понятно, что всё, надо делать "досвидули" чем скорее, тем лучше. В мае я сдаю предварительный проект, эскиз с оценкой. Получаю более-менее "человеческую" 5 из 10. В июне – сдаю сам проект, уезжаю отдыхать. Звоню подруге, мол, что получила я по итогам просмотра. И выясняю, что 1 из 10. И... снова мне потом уже, после приезда, никто ничего не объяснял.
В этой бочке дёгтя, правда, была одна ложечка мёда. По живописи всё-таки меня оценили. Единственный человек на потоке, получивший 10 из 10 по живописи — это была я. В МАРХИ по специальным и околоспециальным предметам "десятки", несмотря на дестибалльную систему, ставили вообще редко и в очень исключительных случаях. Оценка "отлично" начиналась уже с 8 и 9 баллов, 10 — ну только если это что-то такое "вау" и комиссия — прямо-таки поражена.
Один из моих натюрмортов забирают в фонд института. Вот так! Кстати, работы по живописи того периода я до сих пор храню где-то в недрах квартиры родителей. Но это — не тема моего блога. Да и я все-таки музыкант и желание развиваться в музыке у меня тогда было первостепенно.
Осенью 2007 года для меня многое решилось. И с музыкой, и с какими-никакими стабильными попытками "вписаться в общество". Хотя, тоже через свои трындецы и свою "веселуху".
Об этом — в следующей статье.