Собрались мы с мужем по делам.
И вдруг чувствую: не хочу по делам, а хочу увидеть панду. И так сильно хочу, что аж кушать не могу. Вот прямо помру, если немедленно с пандой не встречусь. А ещё с жирафом и слоном. И с другими, по мелочи.
Муж сначала пытался меня стыдить, мол, взрослый человек, а готова променять дела, пусть и не неотложные, но всё-таки важные, на китайского медведя и прочую несерьезную шатию -братию. Потом посмотрел на меня внимательно, вздохнул и сказал, что ну их нафиг эти дела. Пойдем, говорит, в загул. Панда — так панда. Ну и остальные тоже.
В общем, занесло нас в московский зоопарк. Не была там, кажется, с детства. С тех самых пор, когда маленькие плюшевые пони катали нас, детишек, усаженных в маленькую тележку, по кругу, а мы хохотали от счастья. До сих пор помню это волшебное состояние.
Как только вошли — сразу же будто пятьдесят лет долой. А может быть, шестьдесят, а может быть , и все сто двадцать. Ты будто снова становишься тем самым счастливым ребенком, оставляя все проблемы где-то далеко, за оградой.
Вместе с другими такими же взрослыми, а то и очень пожилыми детьми (настоящие-то дети заняты более серьезным делом — грызут гранит науки в школе) переходили от обезьян к жирафу с зебрами, искали и не находили белого медведя (так и не вышел), пытались погладить удивительных козлов, выклянчивающих у посетителей еду, фотографировались на фоне слона. Я тоже сделала селфи в тот самый момент, когда он, как нарочно, повернулся к народу своей толстой попой с трогательным хвостиком. Впрочем , себя пришлось отрезать (с какогото возраста делать селфи не рекомендуется).
Но, отдавая должное всем уважаемым обитателям вольеров, пробирались мы все к главной «звезде» — панде и одновременно счастливому отцу по имени Жуи. Совсем недавно его прекрасная половина с нежным именем Диндин произвела на свет крошечного младенца-панду и теперь находится где-то в укрытии, где её стопятидесятиграмовому сокровищу гарантировано ничто не угрожает.
А жуир Жуи отдувается один за всю семью — ходит туда-сюда перед самой оградой, смешно ступая косолапыми ногами, кувыркается, а потом садится в центр огромной кучи бамбуковых веток и начинает с нескрываемым удовольствием (кажется, что с улыбкой) методично, ветку за веткой, объедать нежные листья. Думаю, ни у кого нет сомнений, что съест весь стог — так основательно он это делает.
А потом пошли смотреть на знаменитого жирафа Самсона. Самсона Гамлетовича Ленинградова, если быть точной. Ему уже тридцать лет и он настоящий артист. Обожает публику, с удовольствием показывает свои жирафьи фокусы — то через ограду голову свесит, то поворачивается разными боками, желая создать ракурс поудачнее. Снизу ему кричат восторженно: «Самсон, Самсон!», а он милостиво кивает.
Бродили мы по огромной территории часа три (до сих пор не могу понять, как эти гектары поместились в самый центр Москвы, да так, что снаружи это и не видно). На эти три часа исчезли все заботы, ушли прожитые годы. А вместо всего этого на три часа пришло простое детское счастье.
Закончилось всё это пончиком на лавочке у выхода. Неплохой пончик, немного похож на те, что ели в детстве.
А вместо плюшевых пони детишек теперь катают раскрашенные лошадки на карусели. И, хотя по-моему, настоящие лошадки были лучше, дети всё также хохочут от счастья.
А это значит, что мы, взрослые, прожили свою жизнь не зря.
#москва2023
Елена Фрумина-Ситникова