Профессор все еще продолжал вещать о перспективах мировой науки и моих в частности, когда в палату, никого не стесняясь вошел весьма странный персонаж. Пятнистые армейские куртка и штаны, берцы. Морда кирпичом, лысая бошка, прищур, челюсть в бок. Тело крупное, накаченное, двигается вразвалочку, с ленцой, но неизмеримой уверенностью и мощью — такими в фильмах рисуют качков-бандитов из девяностых.
Секунд пять послушав самозабвенно речь профессора, "бандюк" пожевал что-то и сплюнул прямо на пол. После схватил профессора за шкирятник вышвырнул за дверь.
— Ага, щас прям, наши узколобые разберутся в том, что не могут цивилизации на тыщу лет старше.
— Что, простите? — происходящее попахивало бредом.
— Я говорю, как только поймут, что нихрена не поняли, тут же под нож тебя пустят, паря. Сразу как инвесторы за яйца возьмут, — выдал очередную бессмыслицу мужик, — Ладно хоре, жопу мять давай, собирайся, нам пора.
Нам? То есть мне? Что за ахинею несет этот качок? Я начал медленно сползать с кровати, неожиданно почувствовав себя уязвимым — если вдруг придется бежать, ногам лучше быть на полу.
— Ты кто? Че те надо? — с предательской нервозностью в голосе спросил я.
— Кремень — я. Собирайся паря… — мужик хотел сказать еще, что‐то, но в палату опять ворвался Рыжевский и ухватил верзилу за рукав.
— Да как вы смеете? Это мой…
— Руки убрал, вша очковая, — взревел Кремень, резко развернувшись.
Кто там я для Игоря Николаевича, узнать мне не довелось. Амбал зарядил профессору в челюсть, да так что он вылетел в коридор по баллистической траектории.
— Никуда я не пойду! — вскрикнул я.
Теперь мне стало реально страшновато, уж слишком самоуверенно вел себя этот отморозок. Слишком легко отправлял людей в нокаут.
— Собирайся говорю, — повторил приказ Кремень, — Я не намерен с тобой сюсюкаться больше чем необходимо.
— Отвали! — теперь уже взвизгнул я, забиваясь в угол комнаты.
Мне было стыдно за, казалось, необоснованный страх. В конце концов мне даже оружием не угрожают, а поджилки ходуном ходят.
— Слушай пацан, не беси. У меня задание, доставить тебя в хаб и я это сделаю. И мне срать пойдешь ты сам или я потащу тебя за ногу, пока твоя башка будет елозить по асфальту! Ты меня понял? — мужик подошел и ткнул в меня пальцем заставив вздрогнуть.