Отправляю вам что поприличнее. Примерно такими словами Василий Поленов сопроводил свой «Московский дворик», когда посылал его на выставку передвижников. Как это часто бывает, когда дедлайн горит, сдаешь уже хоть что-нибудь. Безделица, написанная на скорую руку, стала программным произведением художника.
Сюжет
На полотне изображен вид из окна дома, где жил Поленов. В Москву он приехал, чтобы собирать материал для своей очередной картины, а до этого художник много лет провел в Европе, где учился у местных мастеров.
«Дорогой дядя, — писал Поленов своему дяде Чижову, в доме которого жил уже три недели и занимался поисками квартиры, — благодарю Вас за гостеприимство и т. д. Мое новое жилище очень неподалеку от Вас. Находится оно в Дурновском переулке между Новинским бульваром и Собачьей площадкой. Мой адрес: Москва, Дурновский переулок близ Спаса на Песках, дом Баумгартен».
«Я ходил искать квартиру. Увидал записку, зашел посмотреть, и прямо из окна мне представился этот вид. Я тут же сел и написал его». Раз-два и готово. А тут как раз выставка передвижников подоспела. «К сожалению, я не имел времени сделать более значительной вещи, а мне хотелось выступить на передвижной выставке с чем-нибудь порядочным». В итоге его порядочную картинку полюбили все, а Третьяков купил.
Контекст
Изображенный на полотне храм сохранился до сих пор, а вот ни дома, где снимал жилье художник, ни особняка уже нет. Зато они остались еще на одной картине Поленова — «Бабушкин сад». На ней изображен тот же усадебный дом, но с другого ракурса.
По этим картинам можно представить себе, какой была Москва в 1870-х. В XVIII — XIX веках главной градостроительной единицей города были не улицы и площади, а дом и двор. Особняки, занимая порой целые кварталы, были окружены садами и дворовыми постройками.
После «Московского дворика» Поленова окрестили мастером интимного пейзажа. Здесь слово «интимный» предстает в своем истинном значении, то есть «глубоко личный, задушевный, сокровенный».
Сам Василий Дмитриевич, считая себя историческим живописцем, не шибко ценил картину. Но в среде передвижников она была новаторской, как вдох-выдох. Передвижники все к чему-то призывали. А «Московский дворик» никуда не звал, ничему не учил. Это отдохновение от суеты.
Вьющиеся среди травы тропинки, домики и деревья, многообразие тонов зелени, воздух и свет — с каком любовью выписан этот вид из окна. Тургеневское настроение в работах Поленова почувствовали все. Даже сам Тургенев.
Судьба художника
Поленов родился в Петербурге и был абсолютно городским человеком. Но писал сердцем — о природе. Любил он смотреть на ширь полей, гущь лесов и бег рек. Поэтому как только заработал на первый дом — сразу купил. Вернее, построил по собственному эскизу.
Хдожник писал и на религиозные, и на военные, и на античные темы. Например, во время русско-турецкой войны он состоял официальным художником при главной квартире наследника-цесаревича — будущего императора Александра III. А на исходе XIX века Поленов специально путешествовал на Ближний Восток, чтобы зарядиться местной атмосферой и собрать натуру для грандиозной евангельской серии «Из жизни Христа».
Скончался Поленов жарким июльским днем (его любимое время года, когда березовый лист полон). И похоронили его на крутом берегу с видом на Оку, откуда он так часто писал родные просторы.