Есть в Басманном районе одно особенно "поэтическое" место, где в историю удивительным образом вплетаются судьбы известных его обитателей — это площадь Разгуляй. С него начинает свое путешествие по Москве Гиляровский, тут же у дяди гостит Пушкин.
Сегодня в подурневшем фасаде дома номер 29 стр.3 по Новой Басманной улице ничто не выдаёт полицейскую часть, в которую летом 1909 года попадает начинающий шестнадцатилетний художник из грузинского села Багдади, в последствии известный советский поэт — Владимир Маяковский.
Ведёт он себя из ряда вон вызывающе, за что неоднократно перенаправляется потом из одного полицейского дома в другой. Но интересно вот что, именно в заключении Владимир Владимирович начинает писать стихи, и если бы не "надзиратели, отобравшие при выходе его исписанную стихами тетрадь" знали бы мы сейчас совсем другого Маяковского:
В золото, в пурпур леса одевались,
Солнце играло на главах церквей.
Ждал я: но в месяцах дни потерялись,
Сотни томительных дней.
Этот отрывок из уничтоженной рукописи приводится самим писателем по памяти в автобиографии 1922 года "Я сам".
Через несколько лет судьба приведёт уже известного поэта Маяковского туда же, на треугольник площади Разгуляй, где по другую его сторону от Басманной полицейской части, на чердаке дома по адресу Старая Басманная 33, в 1915 году откроются двери мастерской великого художника-авангардиста, основоположника конструктивизма и создателя башни Интернационала — Владимира Евграфовича Татлина.
Текст: Любовь Рыженко