Я жила дальше, делала программы по Лилит и божественой женственности. Внутренне проживала восстановление после сложных отношений, жизнь сама по себе была трудом. А мои собственные медитации на первой Лилит, ченнелинги проходили как сквозь густую темную массу. Каждое слово и фраза не просто приходили ментально, они прорастали, формировались через ткань бытия.
Это тоже была София, хотя я не могла понять, что это она.
Слушая коллег, что все должно вдохновлять и быть легко, я загадала тогда себе цель - соединять энрегии Евы и Лилит по-настоящему. Не в слепую, не просто "по запросу" из Хроник Акаши, а дойти до сути этого луча.
После этого, через какое-то время начали приходить более глубокие знания о Софии. Понимание божественной женственности все больше раскрывалось на проводимых мною сессиях, все яснее становлась суть женского потока, творчества, также как суть мужчины и мужского.
Через какое-то время я впервые услышала про книгу Pistis Sophia. Нашла поясннения Блаватской, начала изучать саму книгу. Через пару месяцев я участвовала в чтении розария с женщинами по всему миру, где мы повторяли Богородице дева радуйся по специальным четкам, а между чтениями Анайя София передавала нам притчи по книге Pistis Sophia.
Гностическое Евангелие Pistis Sophia (Мудрость Веры) - альтернативная версия происхождения мира, которую Иисус передал Марии Магдалине и Апостолам после воскрешения. Книга сама по себе полна метафор и аллегорий, ее нашли пару веков назад и мистики до сих пор спорят о написанном. Передается она как-раз через притчи / мистерии / это своеобразный ченнелинг, когда ты оказываешься в живом поле информации, предназначенной для возвышения женщины и женского. (Буду делать это на новой программе)
Эта передача знаний повлияли на меня очень сильно. Моя жизнь стала еще уединеннее и глубже.
Через время пришел ченнелинг программы про Еву - высшие женские божественные состояния. А, потом, пришел и Путь Розы - программа о женском жреческом наследии.
Когда я ченнелила первые варианты этих программ, помню, смотрела передачи о монахинях, как они живут, о чем их жизнь... Я совершенно одна, зима, лес вокруг, каждый день природа. Это было что-то запредельное, что-то высокое, что-то почти не материальное.
Мне было страшно, что я никогда уже не буду прежней, что земная жизнь перестала меня волновать.
Но и тогда я еще не понимала, что все эти переживания были про Софию, про высшую Софию. Ее невозможно нутром познать в миру, "сытой" в смысле оргазмов, общения, социума. Это состояние жрицы, остающейся в одиночестве под сводами Храма, когда мужчина, передавший ей войну и исцеленный ею уходит к любимой. Это состояние монахини, оторевавшей свое женское телесное и духовное одиночество и, приняв это, видящей очертания голубя в лучах солнца, проходящих через арку церковного окна. Это безмолвие полуразрушенной средневековой часовни, хранящей лик и память Магдалины, разлученной навсегда, но полной Надежды и Веры на воссоединение с Возлюбленным.
Я называла эти состояния Божья Невеста, я исследовала тему брака с Богом. Это было первое соприкосновение с сутью Софии.
Главное осознание того времени, насколько женщины Не любят своих мужей (и себя), не понимают сути отношений. Насколько мы не благодарны и не преисполнены благости. Также как и я. Также как и я.