Порой Антону Сергеевичу казалось, что его жизнь – это сплошная черная полоса. Слишком много плохого было в его прошлом, и казалось, что вся жизнь состояла из сплошных неурядиц и сложностей.
Теперь, когда возраст мужчины приближался к седьмому десятку, эти самые неурядицы и сложности преследовали мужчину практически на каждом шагу. Он ощущал тотальное бессилие и невозможность бороться с обрушившимися на него трудностями, и только мысль о том, что ему нужно заботиться о больной супруге, придавала ему сил и терпения на нелегком жизненном пути.
Антон Сергеевич всю жизнь проработал в галерее. Сам он не был художником, но у него был отличный вкус и чутье, поэтому он с легкостью мог определить, какие именно выставки проводить в то или иное время года, и к какому праздничному или другому событию приурочивать то или иное мероприятие. За долгие годы работы в галерее мужчина смог дослужиться до должности управляющего, но в семье случилось несчастье с сыном, а потом заболела жена.
Но даже до всех этих событий жизнь не очень радовала Антона Сергеевича хорошими временами. Конечно, было в жизни мужчины всякое – и радости, и печали, но почему-то именно неприятностей на его долю выпадало почему-то больше, чем чего-то хорошего. Сейчас, когда Антону Сергеевичу должно было вот-вот исполнится семьдесят лет, он оглядывался назад и искренне не понимал, почему в его жизни было так мало хорошего, зато плохого было с лихвой.
Со своей супругой Ириной Петровной Антон познакомился на уроках в художественной школе. Тогда он ходил на эти занятия не ради того, чтобы научиться рисовать, поскольку прекрасно знал о том, что к рисованию у него нет способностей. Эти уроки давали мужчине возможность разобраться в тонкостях работы художников и понять, как именно искать подход к организации выставок, а также, каких именно художников привлекать для совместной работы. Тогда карьера Антона только набирала обороты, и молодой мужчина искал способы для саморазвития и продвижения.
Но как раз на этих самых курсах мужчина и познакомился с перспективной художницей Ириной, которая в то время была такой молодой и такой привлекательной, но при этом выглядела такой беззащитной. Наверное, именно это и стало причиной симпатии к ней Антона, который сразу обратил внимание на молодую девушку болезненного вида, которая скромно сидела в углу класса и внимательно вслушивалась в каждое слово преподавателя.
Антон посмотрел на нее один раз, потом второй, а через несколько дней уже не мог отвести от девушки взгляда. Она была бледной и замученной, как будто несла на себе какой-то тяжкий крест и искренне нуждалась в помощи другого человека. Когда-то Антон дружил с девчонкой с соседнего подъезда, ее звали Наташей, и она была такой же бледной и изнуренной, но маленькому Антону так нравилось защищать ее от местных хулиганов, доказывая всем в округе, да и самому себе то, что он сильный и смелый, а остальные просто трусы и малолетки.
Уже потом Антону стало известно о том, что Наташа была серьезно больна, у нее были какие-то проблемы с кровью, поэтому девочка не дожила до пятнадцати лет, при этом оставив в памяти Антона самые теплые воспоминания. Он то и дело вспоминал о том, как гулял с Наташей во дворе, как осторожно держал ее за руку, боясь, что она, не дай бог, упадет и повредит себе что-нибудь. А еще Наташа постоянно опиралась на Антона, и он ощущал себя настоящим героем, который помогает слабому, но полностью доверявшему ему существу, справиться с трудностями.
И теперь, глядя на такую бледную и несчастную Ирину, Антону казалось, что на него снова и снова волнами накатывают приятные воспоминания о том, как хорошо он ощущал себя рядом с той Наташей, которая нуждалась в нем и его защите.
С Ириной мужчина отважился заговорить только спустя несколько месяцев с начала занятий. Антон подошел к девушке и предложил помочь ей донести мольберт до дома. Тогда им выдали домашнее задание – закончить начатую картину на выходных, а нелегкий мольберт и вправду оказался практически непосильной ношей для худенькой и бескровной Ирины. Она с радостью согласилась, а потом пригласила Антона на чай.
Дом у Ирины был необычным. Все стены были увешаны картинами ее отца, знаменитого по тем временам художника-пейзажиста, который много путешествовал и имел возможность реализовывать свои творческие таланты, любуясь такой красивой и необычайно разнообразной природой. Реки, озера, горы, леса и бескрайние луга, - все это было таким ярким и красочным, что, казалось, протяни руку – и ты сможешь дотронуться до всего, что было изображено на пейзажах Петра Романова.
Ирина и Антон пили чай из необычных чашек, украшенных цветами и позолотой, а варенье ели из хрустальной вазочки, такой изящной и такой непривычно красивой, что Антону потребовалось несколько минут, чтобы отвести от нее взгляд. Да и сама Ирина казалась ему такой красивой, такой необычной, что уходить из этого приятного и гостеприимного дома совершенно не хотелось.
В тот же вечер Антон познакомился с мамой Ирины, Верой Дмитриевной, которая была рада тому, что ее двадцатилетняя дочь, в кои-то веки, привела домой гостя, да еще и мужского пола. Из ее рассказов о дочери, от которых сама Ирина краснела и отводила глаза, Антон понял, что девушка, помимо того, что была такой хрупкой и беззащитной с виду, была еще довольно замкнутой и почти ни с кем не общалась.
Антон узнал о том, что у Ирины не было подруг. Только не потому, что она сама не могла выстраивать отношения, а потому, что родители не разрешали ей слишком сильно сближаться с посторонними людьми, видя во всем опасность.
- Ирочка, не стоит доверять всем тем, кто хочет с тобой дружить, - строго говорила Ирине Вера Дмитриевна, - эти девочки могут тебе завидовать, а еще завидовать тому, что ты – дочка Петра Романова.
Ира кивала и старалась в школе не разговаривать с другими девочками, боясь той самой зависти, о которой ей рассказывала мама. А еще она была очень послушной и обожала учиться – в этом Ирочке Романовой не было равных.
Она с завистью смотрела на других девчонок, которые сбивались в стайки и общались между собой, шушукаясь и хихикая. Получилось так, что, опасаясь их зависти, Ира сама стала завидовать им. А потом еще оказалось, что она стала предметом насмешек своих одноклассников, считавших ее зазнавшейся дикаркой. Так Ирина совершенно закрылась от других ребят и погрузилась в мир искусства.
Девушка рисовала людей. В отличие от своего отца, знаменитого пейзажиста, Ирина рисовала людей – знакомых и выдуманных ею. Она могла одной картиной нарисовать не просто человека, а раскрыть на холсте его сущность и особенности характера, о которых сам человек даже не подозревал. У девушки был острый ум и очень мудрый взгляд на многие вещи, что привело к тому, что Ирина стала проявлять себя как очень творческую личность, имеющую огромный потенциал в искусстве.
А потом ей встретился Антон, который сам обратил на нее внимание, хотя до него ни один мужчина не оказывал Ирине знаков внимания и не делал комплиментов. Конечно, в доме Романовых постоянно были люди, в основном, взрослые мужчины, которые были дружны со Петром Романовым и ценили его искусство, а вот молодых людей, которые могли сами заинтересоваться Ириной, а еще и заинтересовать ее, не было. И тут появился Антон, от которого Ирина потеряла голову.
Девушка втайне от Антона рисовала его портреты. На одном из них молодой человек улыбался и был таким красивым и привлекательным, а на другом он хмурился и как будто был чем-то недоволен. Третий портрет был нещадно уничтожен сразу после создания, потому что Ире не понравилось свое собственное настроение, находясь в котором она писала картину.
Родители девушки молчали, но прекрасно понимали, к чему идут отношения молодых людей. Единственное, чего никак не могли взять в толк Вера Дмитриевна и Петр Егорович, это то, чем же могла их невзрачная и вечно печальная дочь привлечь к себе такого активного и красивого молодого человека. Они снова будто бы искали подвох в таком необъяснимом интересе довольно необычного молодого человека к своей такой обычной дочери.
- Ты думаешь, что он может встречаться с Ирой только из-за того, что она – моя дочь? – спросил Петр Егорович у жены, но та только плечами пожала.
- Честно говоря, я не знаю, что тебе ответить. Иногда мне кажется, что этот Антон странный и неоткровенный, а потом, в какой-то момент, я вижу, как он любит нашу дочь и вижу всю искренность его чувств. Ничего не могу тебе сказать, Петя. Наверное, пришло время для нас с тобой отойти от личных дел дочери и дать ей возможность выбирать себе друзей.
Петр Егорович согласно кивнул:
- Ты права, Вера. Наша дочь настолько закрыта от всех и всего, что иногда мне становится страшно при мысли о том, что с ней может случиться, если нас вдруг не станет.
Вера Дмитриевна поежилась, но ничего не ответила. Они отпустили бразды правления жизнью своей дочери и стали сторонними наблюдателями того, как менялась ее жизнь.
А через год после встречи с Антоном, они поженились. Все произошло как-то быстро и почти неожиданно для обоих. Просто их отношения зашли так далеко, что молодые люди очнулись только тогда, когда выяснилось, что такая невинная и наивная Ирина была беременна.
Назад пути не было, и молодые люди поженились. Петр Егорович был счастлив произошедшему событию, поэтому на свадьбе вручил молодоженам ключи от отдельной квартиры, в которой они должны были строить свою отдельную и счастливую жизнь. Тогда Антон и Ирина были по-настоящему счастливы и влюблены, поэтому отдельная квартира была для них еще одной исполненной мечтой.
Казалось, что теперь все мечты будут сбываться, ведь впереди была вся жизнь, и молодым людям казалось, что она обязательно будет счастливой и наполненной радостями. Антон уже активно занимался развитием картинной галереи, а его тесть не менее активно помогал ему в этом, знакомя с нужными и важными людьми.
Ирина оставалась дома, она очень тяжело переносила беременность: на ранних сроках ее мучил токсикоз, позже начались отеки, а перед родами из-за пониженного уровня гемоглобина в крови молодая женщина едва могла вставать с кровати.
Ей сделали экстренное кесарево сечение после того, как она потеряла сознание по пути домой. Дочка родилась на сроке в тридцать пять недель, а через десять дней после рождения умерла прямо в неантологическом отделении роддома.
Ирина, с трудом перенесшая беременность и не менее тяжело пережившая роды, была в трауре. Она плакала и жалела о том, что не лежала до самого начала родов в кровати. Если бы она тогда не встала, она бы не упала в обморок и не спровоцировала преждевременные роды. Антон успокаивал жену, но с трудом находил нужные слова.
Для того, чтобы отвлечься от тягостных мыслей после потери ребенка, Ирина решила выйти на работу. Она устроилась в художественную школу преподавателем для детей, но ей было довольно тяжело работать с маленькими ребятами с учетом того, что она сама совсем недавно потеряла дочку.
Вторая беременность наступила довольно быстро, что воодушевило молодоженов, которые успели прожить вместе около полутора лет. И снова на Ирину обрушились все неприятности, связанные с беременностью: токсикоз, головокружения и невозможность нормально питаться. За два месяца беременности она похудела на пять килограммов, что при ее изначальном весе было практически катастрофой. Но, едва женщина почувствовала шевеления ребенка, как тут же ее беременность закончилась выкидышем.
На этот раз Ирина с большим трудом переживала потерю второго ребенка, а Антон совершенно растерялся. Он хотел помочь жене, он тоже очень сильно переживал, но абсолютно не представлял, что нужно сделать, чтобы супруга ощутила на себе его реальную поддержку. Он совершенно не раздражался от ее слез или молчания, просто Антон старался пережить этот жизненный этап, стараясь крепиться и выглядеть уверенным в их с Ириной светлом будущем.
Новость о третьей беременности стала ошеломляющей. Не прошло еще и полугода после неудачной второй беременности, как Ирина снова почувствовала изменения в своем организме. Врач подтвердил ее догадки, но на этот раз женщина ни в какую не хотела рисковать ребенком. Оформив больничный, она легла в отделении патологии беременности на самом раннем сроке и до самых родов практически не вставала с больничной постели.
Это не могло не отразиться на общем состоянии здоровья, поэтому после рождения сына Ирина чувствовала себя слабой и подавленной. Ей не хотелось ни кормить грудью, ни держать ребенка на руках. Для нее появление на свет собственного сына было равносильно огромному подвигу, за который она хотела получить награду, а не десятки бессонных ночей и грязные детские пеленки.
Антон с удивлением смотрел на жену. Она, так сильно мечтавшая о появлении в их семье ребенка, теперь не хотела его. К молодым родителям перебралась мать Ирины, Вера Дмитриевна, чтобы помогать новоиспеченной мамочке справляться с домашними хлопотами и заботами о малыше.
Только спустя почти год послеродовая депрессия пределы их дома, и Антон смог вздохнуть с облегчением, видя, как его супруга увлечена сыном.
Ирина мечтала сделать из маленького Степы такого же талантливого художника, которым являлся ее собственный отец, но мальчик не проявлял совершенно никакого интереса к рисованию. Его больше интересовал бокс, драки, поэтому переломы и вывихи обычными состояниями драчливого мальчишки.
Ирина очень сильно волновалась за своего сына, а вот Антон предложил отдать сына в спортивную секцию, где Степа уже с пяти лет активно занимался карате. Он делал довольно серьезные успехи в спорте, и Ирина поняла, что ее мечтам относительно художественного будущего сына сбыться не удастся.
Когда Степану исполнилось двадцать лет, умер его дедушка. Больше всех из-за смерти Петра Егоровича переживала Ирина. Она плакала несколько дней и ни с кем не разговаривала. Из квартиры родителей она забрала самые дорогие ее сердцу картины, а потом долго устраивала их на стенах в своей квартире.
Она уговорила Антона устроить в его картинной галерее выставку работ ее отца, и муж не стал отказывать любимой жене, проявляя еще и дань уважения к своему тестю.
Степе исполнилось двадцать пять лет, когда в их доме появилась его возлюбленная. Девушка чем-то напомнила Антону Сергеевичу Ирину Петровну в молодости: такая же бледная и худенькая, видимо, Петр не стал отклоняться от вкуса своего родного отца и сам, будучи высоким и крепким мужчиной, предпочел взять в жены маленькую и такую хрупкую Танечку.
Девушку нельзя было называть иначе. Именно «Танечкой» она и была. Такая маленькая и хрупкая, уже через полгода после появления в их доме, она родила ребенка, сына Лешу, который был таким же тихим и спокойным, как и его мать.
А вот сын, к неприятному удивлению своих родителей, стал меняться. Или спорт сделал его агрессивным и не принимающим человеческих недостатков, или жизнь сделала Степу таким, но он почему-то начал срывать свою злость за близких. Мужчина и днем, и ночью кричал на жену, нещадно лупил сына за любую провинность, а еще – грубил родителям, которые совершенно не понимали причин таких перемен в поведении своего сына.
Антон пытался разговаривать с сыном, усмирять его, но пару раз и отец получал тумаки от собственного сына. Маленький Леша рос запуганным, дерганным и нервным. А Танечка как будто самоустранилась от проблемы, живя в своем непонятном для других мирке, в который вход закрыт для любого. Она терпеливо сносила оскорбления и физическую грубость в отношении себя и своего ребенка, что вызывало изумление и даже полную неприязнь свекров.
После смерти Веры Дмитриевны, Ирина Петровна предложила сыну перебраться в квартиру бабушки, но Степан наотрез отказался:
- Лучше сдайте жилье, чтобы иметь дополнительный доход. Я никуда не поеду. Прожил тридцать лет в этом доме, буду и дальше жить.
Так и продолжали жить обе семьи в обычной трешке, деля редкие радости с постоянными ссорами и руганью.
А потом случилось страшное. Вернувшись после работы домой, Антон Сергеевич застал своего сына с ножом. В порыве гнева на свою безропотную жену, Степан просто зар*зал ее. При этом мужчина открыто заявлял о том, что ни о чем не жалеет.
- Танька сама напросилась, - спокойно ответил он родителям, прежде чем его увезли в полицию.
Родители остались одни с внуком на руках. Но и это продлилось недолго. Сразу после окончания суда, когда Степана посадили в колонию на пятнадцать лет, за семилетним Лешей приехали родители Тани. Они забрали ребенка, размахивая перед лицом родителей убийцы своей дочери документами об опекунстве.
Лешка тоже плакал, нехотя расставаясь с бабушкой и дедом, к которым привык за семь лет своей жизни, а другие дедушка с бабкой были для него абсолютно чужими и незнакомыми людьми.
Так Антон Сергеевич и Ирина Петровна остались совершенно одни. Убитые горем и мучимые угрызениями совести за поступок родного сына, они никак не могли прийти в себя и наладить свой быт. Через год после того, как Степана посадили, а внука увезли в другой город, Антон Сергеевич отважился уйти на пенсию. У Ирины Петровны начались проблемы со здоровьем, и вскоре нелицеприятные новости о ее болезни пришлось услышать от своего лечащего врача обоим супругам.
Лечение требовало денег и времени, поэтому квартиру родителей Ирины Петровны пришлось продать, часть денег пустить на услуги адвоката, который занимался возможностями досрочного освобождения Степана Антоновича из тюрьмы, а другая часть денег пошла на лечение Ирины Петровны.
Однако, ни то, ни другое не возымело действия. Степан был жестоко уб*т в тюрьме сокамерником, а лечение Ирины Петровны казалось безрезультатным.
Антону казалось, что все, что происходило в их жизни – злой рок, который преследовал их семью с самого начала брака. Потеря детей, внука, болезни и невозможность заниматься любимым делом, - неужели они с Ириной заслужили все это? Неужели уже ничего нельзя изменить?
Пенсии обоих супругов едва хватало на все необходимое. Пенсия, которую получала Ирина Петровна по инвалидности, уходила на покупку лекарств, а пенсия Антона Сергеевича – на самое необходимое, в том числе, продукты и оплату коммунальных услуг. Пенсионеры не могли позволить себе ничего лишнего, а надеяться было не на кого.
Выходя с почтового отделения с только что полученной пенсией, Антон Сергеевич даже понять ничего не успел, как из его рук был выхвачен конверт с деньгами. Хулиганы убегали вдаль, а на лице старика выступили слезы обиды. Еще и это несчастье свалилось на него, а ведь он так рассчитывал на эти деньги.
Антон присел на скамейку и тихо заплакал, не представляя себе, что же теперь делать. На какие деньги они будут жить, что он сможет купить из продуктов на оставшиеся у него мелкие деньги?
Рядом с ним кто-то остановился. Антон Сергеевич закрутил головой и увидел фигуру мужчины, стоявшего неподалеку от него. Сначала ему показалось, что это Степан. Но разве могли в полиции ошибиться или соврать про то, что их сын был жестоко убит еще десять лет назад?
- Дедушка, - слабым голосом сказал незнакомый для Антона Сергеевича мужчина и сделал шаг в его сторону.
И тут до старика дошло: это был Леша, его внук, с которым судьба разлучила его пятнадцать лет назад. Теперь из маленького и запуганного мальчишки его внук превратился в высокого и широкоплечего мужчину, каким в молодости был сам Антон Сергеевич.
Старик встал и крепко обнял внука. А потом они вместе пошли в сторону квартиры, о которой отлично помнил Алексей.
Увидев внука, Ирина Петровна ахнула:
- Как же ты тут оказался?
- Я приехал к вам сразу после окончания института. Мне предложили работу за рубежом, и я хочу забрать вас с собой. Кроме вас у меня никого не осталось.
- А как же родители твоей матери? – с удивлением спросил внука Антон Сергеевич, переживавший о том, что Леша может передумать и уйти из их дома просто так.
- Я едва мог с ними жить. Они целыми днями говорили гадости о моем отце и о вас. Но я все помню. Вы не виноваты в том, что отец был таким. Да, и каким бы он ни был, ничего уже не вернуть. А о мертвых или хорошо, или ничего. Вы поедете со мной?
- Мы поедем, - уверенно ответила Ирина Петровна, - у нас, также как и у тебя, здесь нет никого. И если ты, еще молодой и полный сил, сможешь еще построить свою семью и начать все с чистого листа, то нам это уже не по силам.
Леша улыбнулся и крепко обнял Ирину:
- Бабушка, я так по тебе скучал. Я постоянно вспоминал твои картины и картины прадеда и мечтал о том, что рано или поздно обязательно вернусь к вам и все увижу еще раз собственными глазами.
Через две недели Ирина Петровна и Антон Сергеевич провожали внука в другую страну. У них на руках тоже были билеты, но перед вылетом нужно было уладить вопросы с пенсией и сдать квартиру. Зато теперь старики были счастливы тому, что их ждало что-то светлое впереди. Столько лет кромешной тьмы и безнадеги были позади. Не могло быть иначе, ведь столько боли и разочарований им пришлось пережить, при этом оставаясь вместе и не расставаясь и на неделю.
- Как ты думаешь, мы принимаем правильное решение? – спросила Ирина Петровна, когда они ехали в такси по пути в аэропорт через два месяца. Леша звонил недавно и сказал, что будет лично встречать их в аэропорту, несмотря на свою занятость.
- Я думаю, что впервые за долгие годы мы принимаем именно такое решение. И пусть нам отмеряно немного лет, мы будем с тобой любить друг друга до конца.
- И пусть этот конец наступит еще очень нескоро, - улыбнулась Ирина Петровна, а Антон Сергеевич нежно поцеловал жену в щеку.
Автор: Арина Кукина