Лев Николаевич Толстой жил в Казани с 1841-1847 годах. Здесь он учился в Императорском Казанском университете, где произошёл переворот во взглядах, и он решает посвятить себя самосовершенствованию.
Покинув учебное заведение, он переезжает в имение Ясная Поляна в Тульской губернии. Этот период получил отображение и в художественных произведениях Толстого, в том числе в повести «Утро помещика». В нем описываются метания молодого барина Нехлюдова в желании помочь своим крепостным крестьянам.
Главный герой олицетворяет собой самого Льва Николаевича. Так, в письме к тётушке о решении остаться в деревне, Нехлюдов пишет: «…я нашел дела в неописанном расстройстве. Желая их привести в порядок и вникнув в них, я открыл, что главное зло заключается в самом жалком, бедственном положении мужиков, и зло такое, которое можно исправить только трудом и терпением…Не моя ли священная и прямая обязанность заботиться о счастии этих семисот человек, за которых я должен буду отвечать Богу? Не грех ли покидать их на произвол грубых старост и управляющих…».
Отметим, что появление повести пришлось на 1856 год. Это был период активного обсуждения крестьянского вопроса перед отменой крепостного права. Сам Толстой опасался, что в результате реформы крестьяне выйдут из-под нравственного влияния дворян, хотя и не был противником освобождения. Известен случай, когда Лев Николаевич в 1856 году предложил своим крестьянам землю, но за выкуп. Тогда крепостные отказались. Но писатель продолжал заботиться о сельском населении, открыв школу для крестьянских ребятишек, где и сам давал уроки.
Согласно повести, у молодого помещика был составлен план улучшения быта крестьян. И некоторые проекты удалось реализовать. Так, он отделил лесной заказник, определил его для ремонта крестьянских строений и отдал миру. Изобрел новую молотильную машину, а воскресенье определил для просителей, дворовых и мужиков, обхода хозяйства бедных крестьян и для подания им помощи с согласия мира, который собирался должен был решать, кому и какую помощь нужно было оказывать.
Однако не каждый проект оказался жизнеспособным. Так, крепостной Иван Чурисенок запросил у общины сошек, чтобы укрепить избу. Когда же помещик увидел, что одних сошек было недостаточно, то предложил мужику целый дом, каменный, но в стороне от деревни. Но крестьянин со своей супругой наотрез отказались покидать родное гнездо и остались жить в покосившейся избе, так как обращаться к миру с просьбой выдать лес на строительство нового дома они не решались.
Не удался опыт и с внедрением агротехники. Молотильная машина помещика, «к общему смеху мужиков, только свистела, а ничего не молотила, когда ее в первый раз, при многочисленной публике, пустили в ход в молотильном сарае».
Кроме того, в плане барина значилась организация «мужицкой фермы». Для воплощения своей идеи он обратился к наиболее крепкой крестьянской семье: «Наймите вы лучше землю десятин тридцать у меня. Да заведите свое хозяйство большое». Но глава большого семейства, старик Дутлов, отказался, ссылаясь на отсутствие денег для этого. К тому же он хотел, чтобы его сыновья занимались извозом. И Нехлюдову пришлось отказаться от мечты о крестьянской ферме.
«Боже мой! Боже мой! - думал Нехлюдов, - не-уже-ли вздор были все мои мечты о цели и обязанностях моей жизни?». Поэтому в ряде случаев он действовал неизобретательно: одному крепостному дал денег на покупку коровы, другого решил перевести в дворовые, чтобы «самому наблюдать за ним, и кротостью, и увещаниями, выбором занятий приучать к работам и исправлять его».
Молодой барин не только не видел благодарности за свои старания, встречая всюду недоверие и беспомощность мужиков, но и обнаружил, что в его конторе совсем не осталось денег, а «со дня на день надо было ожидать приезда Земского Суда для описи имения, которое он просрочил, увлекшись различными новыми хозяйственными предприятиями».
Но мечты об улучшении хозяйственных дел в деревне не покидали Нехлюдова, и он продолжал представлять, как делает общие распоряжения, заводит фермы, сберегательные кассы, мастерские. Сочувствие своим мечтам он надеялся встретить в будущей семье, предполагая, что супруга станет помогать в крестьянской школе или несчастному мужику в лазарете.
Толстой видел проблемы в отношениях помещиков и крестьян, их непонимание друг другом, но мыслил оптимистично, ведь Нехлюдов не оставил свои идеи о патриархальной заботе о крестьянах.