Сцена 63.
После уборки урожая 1946 года, и страшной засухи, обрушившейся на Брянщину, погубившей урожай не только зерновых но и картофеля, урожай которого у каждого жителя Красухи поместился в 200 литровую бочку, женщины и успевшие вернуться с фронта мужики, собрались в помещении церкви, которая стала после строительства школы, чем то вроде клуба, где стали проводить свои собрания колхозники. - Что будем делать, как выживать без хлебушка, потому что собрали его только на семена? Кондратьв, как вы знаете, даже отменил нашему колхозу поставки государству. А трудодень в этом году у нас пустой получается, - обратилась к колхозникам Гарпина, которая по-прежнему председательствовала в Красухе. В помещении церкви наступила тишина, которую никто не решался нарушить. И тогда поднялась Надежда. - Я вот что думаю, грибы и орехи погорели в этом году тоже, поэтому на лес надежды нет. Помните в 33 году к нам приезжали за хлебушком с Украины? Так вот, у них в этом году урожай лучше нашего, особенно на Западной Украине, надо ехать нам туда за хлебом. Надежда села. Поднялся, вернувшийся с фронта, Федор Ковалев.- Нет Надежда ,ты не знаешь что твориться в Западной Украине. Там сейчас продолжается настоящая война. Бандеровцы вырезают всех, кто поддерживает Советскую власть, коммунистов, учителей, председателей колхозов и их семьи. Нам в части, в Германии, об этом рассказывали. Предлагали переселяться туда, давали дома, но никто из наших добровольно не поехал, кроме офицеров которых туда направили служить. Так что этот вариант отпадает. – Ну, так что, придется помирать этой зимой? Пережили войну, разруху, а теперь выходит помирай? Нет бабы, только вылезли из землянок, стали жить в своих домах, и в землю ложись? Права Надежда, хлеб надо искать, а то до весны не дотянем, да и дети у нас, им что, тоже помирать? – сказала Дуриманиха. - Вот только за дарма нам никто хлебушка не даст, денег у нас нет, разве только обменять на что –ни будь, продолжила она.-А что если мы отвезем для обмена те шелковые кофточки что я всем пошила, да лифчики? предложила Надежда. Все равно мы их только по разу одели, а кто и вовсе не одевал.
-Дело говорит Надежда подвела, итог Гарпина, направим баб, которые помоложе, а в сопровождение назначим мужчин - фронтовиков в качестве защитников, раз там не спокойно, да и в качестве грузчиков, хватит мужикам за нашей спиной прятаться. Я думаю, нам надо посоветоваться с Кондратьевым прежде чем что ни будь предпринимать - заключила Гарпина.
Сцена 64.
.Гарпина, как председатель колхоза, заходит в кабинет к Кондратьеву.-Здравствуйте товарищ Кондратьев. Приехала посоветоваться с вами по одному вопросу . Спасибо вам и исполкому Совета, что вы вошли в наше положение и отменили нашему колхозу в этом году в связи с засухой хлебозаготовки . Нам удалось засеять озимый клин почти весь по плану, засыпать семена на яровой клин. Однако трудодень у нас будет пустой в этом году по хлебу, да и по картошке. Скажите, центр окажет какую- либо помощь районам, пострадавшим от засухи?- Наша заявка на помощь урезана в 2-3 раза. Вы хорошо знаете, что пострадала от засухи не только Брянщина, но и почти все хлебные районы страны - юг и восток Украины, Белоруссия , Поволжье , Сибирь. Хлеба собрали по стране всего 17,5 млн. тонн, что в дав раза меньше чем в военном 1943 году. Поэтому и цены выросли в магазинах на хлеб в 2 раза.
- Да все это мы знаем, товарищ Кондратьев, газеты читаем. Вот мы вчера на нашем собрании колхозников решили направить людей в Западную Украину за хлебом. Как вы на это смотрите?
- Уже в июле 1946 года, Совет Министров Украины запретил продажу хлеба на базарах всем –и колхозам, и колхозникам, и даже единоличникам, которые у них еще остались, до выполнения планов хлебозаготовок . Железнодорожная милиция Украины создала на крупных станциях по сути заградотряды, которые не позволяют вывозить хлеб и муку.
Поэтому, мое мнение,что ваша затея бесполезная, да и не спокойно на Западе Украины сейчас.- Ну что ж, спасибо за совет, товарищ Кондратьев.
Сцена 65.
Гарпина, вернувшись от Кондратьева, собрала опять собрание колхозников, рассказала о своей беседе с Кондратьевым. – Что будем делать? Поедем за хлебом или нет на Украину?
-Оно может и так, как говорил, Кондратьев, но у нас выхода нет, надо попробовать, может уже и разрешили вывозить хлеб после выполнения плана хлебозаготовок - сказала Дуриманиха
-Вот что, я думаю, всем кто поедет, я выпишу справки из колхоза , что вы едите к родственникам, на всякий случай. Туда надо ехать на пассажирском поезде, а на чем обратно будите решать на месте, - заключила разговор Гарпина.
Сцена 66.
В начале октября 1946 года десяток мужчин и столько же женщин Красухи добрались до станции Унеча только к вечеру . Мужчин отправили выяснить какие поезда идут на Западную Украину, и купить билеты а женщины , найдя свободный уголок в зале ожидания, присели на своих мешках прямо на полу, тесно прижались друг к другу, пытаясь согреться и дать отдых своим натруженным ногам, пошагавшим не один десяток километров. Женщины сидели молча, кое- кто даже успел задремать, пока возвратились мужчины. - Ну что , бабы, билеты в общий вагон мы взяли до Здолбунова, через полчаса посадка и отправление. Через полчаса посадка закончилась и, наконец, эшелон тронулся .
Сцена 67.
Здолбунов встретил посланцев Красухи солнечным, не по осеннему теплым днем. Удивил незначительными разрушениями, словно война прошла стороной от этого провинциального городка Западной Украины. Сожженый и еще не до конца восстановленный вокзал, наполовину восстановленный цементный завод, кое- где не восстановленные дома частного сектора. У встречного прохожего узнали, как пройти на рынок.
Базар оказался небольшим, но шумным и бестолковым. Народ толпился около гадальщиков , картежников, небольшими группками ходили хулиганствующие подростки, которые старались стащить все, что попадало под руки на дощатых, грубо сколоченных прилавках. Милиции не было видно совсем и все безобразия на рынке творились с ее попустительства. Продуктов на прилавках было мал, хлеба и муки не было видно совсем. Люди на рынке были также плохо одеты, как и посланцы Красухи . -Чем базар бедней тем он шумней, - сказала Надежда. Зря мы не послушались Кондратьева, только деньги последние на билеты истратили.
Федор Ковалев подошел к одетому в полувоенное одеяние мужичку и спросил - Скажи , где тут можно у вас выменять муки или зерна на одежду – Только у спекулянтов и перекупщиков, милый человек. Они на въезде в город скупают у селян все, что те везут на базар и припрятывают, в надежде перепродать и поживиться на этом позже. – А как найти этих перекупщиков ? – Да вон подойди к пацанам, что на рынке шныряют, они все знают и сведут тебя с ними за отдельную плату, они за счет этого и живут, хулиганьё. Только вы с этими перекупщиками ухо держите востро, а то и без хлеба останетесь и без одежды. Говорят что они все с бандерами связаны, шепотом закончил мужик .
Сцена 68.
Пацаны действительно подсказали Федору к кому обратиться. Федор подошел к долговязому и худоватому человеку в шляпе и в сером летнике.- Парень не подскажешь где можно выменять хлеба или муки на одежду. Парень подозрительно осмотрел Федора, ничего не ответил , но кивнул ему головой и направился к выходу базара. Федор дал знак своим, следовать за ними. Парень выходя с рынка еще раз оглянулся, видимо не заметив ничего необычного остановился и спросил у Федора: А что у тебя за прикид и откуда? Ты сам вон сталинских недоносков не снимаешь насмешливо добавил он . - Женские шелковые кофточки и лифчики, ответил Федор.- Це гарно, перходя на Украинский –сказал парень. Ты файный легинь, допоможу, тоби. А звидкуль приихалы? - Мы с черниговщины, Семеновского района – ответил Федор, засуха у нас большая. Все погорело еще в мае. – А свий, тильки схидник, сделал вывод украинец. Знаю один знаемый хутор, верст десять от Здолбунова, может там поменяют вам одежду на хлиб. – Нет, сказал Федор, нам надо чтоб сегодня уже уехать до дому, а с хутора не успеем обернуться до поезда.
Ну тогда тут встретимся через годину, сказал парень и добавил, может допоможу тоби.
Сцена 69.
Долговязый парень повернулся и пошел по улице в сторону от центра.Через некоторое время он уже заходил в один из частных домов на окраине города. Его встретил хозяин дома, словами –Ну что, Микола, знайшов клиентов? Да кое-кто наклюнулся, говорят что схидники, с черниговщины, но нутром чую, что чужинцы, москаляки. - А что они менять привезли? –спросил хозяин дома. -Говорит что шелковые кофточки и лифчики, -ответил долговязый. Но на хутора идти не согласились, а там мы – бы их и прихлопнули всих. Но боятся, наверное, в поезде наслушались о наших делах. Но и терять такой товар жалко. Я им сказал, что через годину опять сустренимся. Что будем делать? Хозяин задумался, потом сказал. – Вот что Микола, нашим в лесу хлиб тоже надо отправлять, но вси дороги перекрыли москали. Не пройти.
Пусть твои схидники - москалики нам и помогут переправить хлебушек в лес. – Как это?- спросил, долговязый. – А как и прошлую передачу нашим в лес отправили. Ты их приведешь сюда, обменяемся с ними по-честному, поможешь им забраться на крышу товарняка с хлибом, а наши встретят их с баграми и кошками на перегоне в лесу, где чугунка проходит в низине, и москалякам крышка и хлиб в лесу, и товар наш, заключил хозяин. – Гарно миркуешь, сказал долговязый, через две -три годины я их приведу, чтоб сразу отсюда и на чугунку. А наших успеем предупредить, чтоб встречали москаликов с хлебушком ? –усмехнулся Микола . - Успеем сейчас пошлю связника на велосипеде.