После завтрака Евдокия Ивановна застала Анатолия Белова в кабинете. Он изучал свои документы. Увидев экономку, хозяин дома встал с кресла и помог ей присесть напротив него.
- Извини, что побеспокоила тебя.
- Ничего страшного. Ты ведь знаешь, что ты единственная в этом доме, кому я всегда рад.
- Анатолий, у меня к тебе серьезный разговор.
Анатолий приподнял брови.
- Ты редко приходишь ко мне с разговором. Значит, действительно, у тебя ко мне что-то важное…
Тем временем, Лидия ходила по дому, из комнаты в комнату, и искала мужа.
«Когда в этом доме будет порядок? Никого не найдешь. Надо будет подумать, чтобы нанять еще одну служанку», - думала недовольная Лидия.
Нику она застала за генеральной уборкой.
-Эй, ты! – крикнула девушке хозяйка дома – Где мой муж? Такое ощущение, что дома все вымерли!
- Извините, сеньора. Ваш муж и Евдокия Ивановна беседуют в кабинете, - робко ответила Ника, стараясь не встречаться с уничтожающим взглядом Лидии.
Развернувшись, хозяйка дома резко направилась в сторону кабинета, не удостоив Нику и словом благодарности.
Приблизившись к дверям кабинета, она услышала разговор мужа и экономки. Предмет разговора заставил ее замереть у дверей и прислушаться…
- Я пришла поговорить о Вере, - сказала Евдокия Ивановна.
У Анатолия округлились глаза и пересохло в горле.
- Прости, о ком?
- О Вере. Не делай вид, что ты первый раз слышишь это имя.
- Нет, просто ты давно не заговаривала о ней. Прошло восемнадцать лет.
- Вот именно об этом я и хочу поговорить. Я хочу, чтобы ты вспомнил события тех лет.
- Вспомнил для чего? Извини, но я все еще не понимаю тебя, - развел руками Анатолий – Прошло столько времени. Все точки в этой истории расставлены. К чему ворошить прошлое?
- Анатолий, ты никогда не задумывался о том, что у тебя может быть внебрачный ребенок?
Анатолий застыл в немом вопросе. Евдокия Ивановна продолжала:
- Вспомни события той ночи, когда у тебя состоялся последний разговор с Верой в стенах этого дома. Ночи, когда она ушла навсегда.
По спине Анатолия Белова пробежали мурашки. Внутри него стало нарастать раздражение.
- Послушай, к чему все эти разговоры? Ты намекаешь на то, была ли Вера беременна? Я не знаю. Прошло столько лет!
- Что тебе подсказывает твое сердце?
Анатолий ответил с некоторой заминкой:
- Оно молчит. Молчит уже восемнадцать лет. Я не хочу больше продолжать этот разговор. Прости.
Евдокия Ивановна, видя проступившую на его лице боль, поднялась с кресла и мягко произнесла:
- Это ты прости меня, мой мальчик. Ты всегда останешься для меня моим сыном и внуком. Все в одном лице. Пожалуй, я пойду.
- Подожди, а почему вдруг ты коснулась этой темы? Ты знаешь, я очень люблю и ценю тебя. Ты заменила мне мать и бабушку. Поэтому я не хочу, чтобы ты думала, что мне безразлично. Скажи, что тебя тревожит?
- Мне напомнила об этой истории Ника, моя помощница. Мы разговорились с ней сегодня и случайно коснулись этой темы. Я вскользь упомянула при ней об этой истории. Мне кажется, она жалеет тебя. Ника говорит, что ты очень грустный. А потом эта девочка поведала мне свою историю. Ее мать тоже звали Верой. Восемнадцать лет назад ее бросил мужчина. Эта история натолкнула меня на мысль, что, если у нашей Веры тоже мог быть от тебя ребенок? Например, дочка, о которой ты всегда мечтал. Ты не задумывался хоть иногда о том, что она могла быть беременной и не сказала тебе об этом?
Анатолий задумчиво опустил голову. Ему никогда не приходила в голову такая мысль. Хотя в молодости он страстно мечтал о детях, которых могла бы подарить ему Вера.
Перед самым выходом Евдокия Ивановна обернулась и произнесла:
- Удивительно, но эта девочка, Ника, чем-то похожа на тебя.
Анатолий поднял на экономку удивленный взгляд. Но та уже скрылась за дверью…
Лидия слышала их разговор. Перед самым выходом экономки из кабинета, она поспешила в свою комнату. По дороге Лидия наткнулась на Нику и одарила ее пронизывающим, уничтожающим взглядом.