Моя мама была преподавателем английского языка. Наверное поэтому в нашей домашней библиотеке было много книг английских и американских писателей. Судя по датам изданий, мама покупала их во время учёбы в институте.
В детстве я их периодически доставала из книжного шкафа, листала, надеясь обнаружить картинки и решить - читать или не стоит.
Так я прочитала Тома Сойера и Гекльберри Финна. Затем в мою детскую жизнь надолго вошла шведская писательница Астрид Линдгрен - её книги я брала в библиотеке.
И вот именно после детских книг Линдгрен я решила прочитать книгу американской писательницы Харпер Ли "Убить пересмешника".
Повествование ведётся от лица восьмилетней девочки, поэтому я решила , что это будет что-то типа "Мы все из Бюллербю, только в американском варианте. Ну или что-то похожее на Тома Сойера.
И вообще - в детстве мне очень интересно было читать о том, как живут мои сверстники за рубежом. Мама, заметив какую книгу я рассматриваю, предупредила - книга не детская. Я не поверила. Поэтому я потихонечку начала читать - будет неинтересно - брошу.
Книга читалась на удивление легко. Но это было совсем не в стиле Астрид Линдгрен. Что-то другое, чему мой детский мозг не мог дать понятного объяснения.
Итак, 30-е годы ХХ века, провинциальный американский городок Мейкомб, южный штат Алабама.
Немолодой вдовец, адвокат Аттикус Финч, воспитывает двоих детей - Джима и Джин-Луизу. Именно от лица Джин-Луизы, которую все называли Глазастик, и ведётся рассказ.
Почему-то, в первую очередь, мне очень понравились упоминания о продуктах питания в этой книге. Например, в награду за правильно срисованные буквы, Глазастик получала кусок хлеба с маслом, посыпанный сахаром. Соседка Финчей, мисс Моди, пекла фирменные пироги, фермер Канингем расплачивался с Аттикусом за юридические услуги репой, орехами и остролистом. Овощное рагу и мясо, в которые сын Канингема Уолтер налил патоки.
А праздничный рождественский обед у тёти Александры?
Три мясных блюда, всякая зелень из кладовой - свежая, точно летом с огорода, и маринованные персики, и два пирога, и амброзия - таков был скромный праздничный обед.
Таких упоминаний о еде в книге много: тушёнка с бобами, печенье с патокой, засоленные свиные ножки, тарталетки с ежевикой, толстые ломти копчёной свинины и т.д.
Знаете, основное событие книги - невинно осуждённый за изнасилование негр Том - особого внимания на меня в детстве не произвело. Я к этому времени уже прочитала "Хижину дяди Тома" (повествование о тяжёлой судьбе чернокожих рабов мне НЕ понравилось, от слова совсем. Никогда больше не перечитывала.), в общем, я знала о расовой дискриминации в США и, честно признаюсь, была к этому абсолютно равнодушна.
А так - да, интересно - и игры Глазастика, Джима и Дилла. Интересно описание уроков в американской школе, особенно увлекательно было читать о внезапном снегопаде в южном американском штате, и о переполохе, вызванном этим погодным событием.
О Страшиле Рэдли я вообще ничего не поняла, кроме того, что именно он спас Джима и Джин-Луизу, когда на них напал пьяный Юэл.
Мама видела, что я всё-таки читаю "Убить пересмешника" и ждала от меня вопросов. В мои восемь лет у меня вопросов не было. Прочитала и забыла на долгие годы.
Спустя много-много лет, будучи на больничном, захотелось мне почитать что-нибудь из старого, не современного, лёгкое, но не детское. Пошла перебирать книги и опять увидела Харпер Ли, "Убить пересмешника".
Совсем другое впечатление, читала и не могла остановиться. Я вдруг поняла, что повествование в романе ведётся от двух лиц - восьмилетней девочки и взрослой женщины. В детстве я взрослый голос не услышала.
И знаете - да, книга о гражданском мужестве адвоката Аттикуса Финча. Безусловно. Он берётся защищать человека, который уже, без приговора суда, осуждён обществом по той простой причине, что обвиняемый - чернокожий.
Всю жизнь проживший в южном американском штате Алабама, адвокат Финч не может не знать, что судебный процесс он проиграет. Проиграет потому - что большинство против. Потому, что надо идти против государства, против общественного мнения, против соседей, против столетиями сложившихся обычаев. Более того - он прекрасно осознаёт возможные риски для него лично, для его детей, и, тем не менее, он не просто формально выполняет профессиональную функцию адвоката, он действительно защищает Тома, разбивая вдребезги все показания пострадавшей и свидетелей обвинения.
Почему он так поступает? Он объясняет это своей дочери Джин-Луизе, уже ощутившей на себе некоторые последствия того, что её отец защищает негра:
-Аттикус, ты, наверное, не прав.
-Как так?
-Ну, ведь почти все думают, что они правы, а ты нет...
-Они имеют право так думать, их мнение, безусловно, надо уважать...Но, чтобы я мог жить в мире с людьми, я прежде всего должен жить в мире с самим собой. Есть у человека нечто такое, что не подчиняется большинству, - это его совесть.
Блестящая безупречная защита Тому не помогает, суд присяжных признаёт его виновным в изнасиловании белой девушки Мейеллы Юэл. Не дожидаясь апелляции, отчаявшийся Том Робинсон пытается бежать из тюрьмы, и его убивают при попытке к бегству.
Кроме Аттикуса Финча в Мейкомбе есть ещё люди, обладающие гражданским мужеством - судья Тейлор, шериф Тейт, соседка Финчей мисс Моди - в принципе, они все не верят в то, что Том Робинсон виновен. И это, наверное, прекрасно. Хотя, может быть, именно благодаря таким людям появилось Black Livers Matter? Впрочем, не будем об этом, это уже новейшая история.
Меня поражает другое. Все эти честные, пытающиеся жить в мире со своей совестью, люди сочувствуют и жалеют невинную жертву - чернокожего Тома Робинсона. Но их совесть абсолютно не трогает судьба Артура Рэдли. Да-да, это именно тот Страшила, которого дети пытались выманить из дома, и эта та линия романа, которую я не поняла в детстве.
Юный Артур был осуждён за хулиганство, но родители взяли его на поруки и с тех пор много-много лет Артура Рэдли никто не видел. То есть этот человек был насильно изолирован от общества - он не появлялся на улице, не общался с людьми, не видел солнечного света. Жертва религиозного фанатизма и домашнего насилия. И всех совестливых людей с гражданским мужеством это не особо волновало. Нет, где-то в самых укромных уголках души что-то всплывало - мисс Моди, например, как-то назвала Артура "несчастным человеком", но на этом и всё. Ведь Рэдли - благопристойные белые люди, и что творится за дверями их дома - это их личное дело. Вот так. Закон, совесть - в данном случае молчат все.
Почему-то именно эту линию - судьбу Страшилы Рэдли - считают слабой линией романа "Убить пересмешника". А на мой взгляд - она гораздо более сильная и трагичная, чем судьба чернокожего Тома Робинсона. Того хоть защищали. До судьбы Артура Рэдли никому не было никакого дела.