Часть 1
Двeнадцать лeт Зинa былa pыбкoй, зaйкой и киcyлей, а тyт вдpyг, кaк-то coвершенно нeoжиданно для ceбя она yзнала, что похожа на клушу, не следит за мoдой, а ещё пpeсная, дepевенская и немолодая (а Зине всего лишь 32!). Всё это ей Аркадий сказал, доставая из шкафа свои рубашки.
- Нет в тебе, Зинка, изюминки, - сказал он на прощание и уехал к молодой, модной и начиненной так необходимым ему изюмом любовнице, прихватив два чемодана вещей.
Три дня Зина лежала и не хотела жить. Мысленно перебирала симптомы измен, на которые не обращала внимания. Задавалась вопросами:
- Как дальше жить? И стоит ли?
На четвертый день поднялась, подошла к зеркалу. Из зеркала на Зину смотрела лохматая, опухшая от слёз тётка.
- Надо что-то делать, - сказала себе Зина. Отпуска осталось 2 недели. И раз уж поднялась с кровати, то нужно идти дальше. С чашкой горячего чая Зина устроилась в кресле и стала думать, с кем разделить своё горе? Подруги и коллеги отметались сразу, не хотелось давать повод для пересудов и неискренних сочувствий. Сидеть в одиночестве в четырёх стенах - не выход.
Оставалась бабушка Варя, Варвара Тихоновна, единственный родной человек. Несколько раз в год Зина навещала бабулю, возила ей кучу гостинцев из города, приглашала к себе, но Варвара Тихоновна, в свои 79, вполне себе жила самостоятельно и в посторонней помощи пока не нуждалась. На этот раз Зина приехала без гостинцев - себя бы дотащить, растоптанную и униженную.
Бабуля, увидев это воплощение несчастья на пороге, всплеснула руками, а потом, этими же руками прижимала Зину к своему плечу, которое та, рыдая и рассказывая про клушу и изюм, обильно орошала солеными слезами. Выплакав часть своего горя в любимое бабушкино платье в розочках, Зина вскоре уснула на высокой старинной кровати, уткнувшись носом в мягкую большую подушку и вдыхая лёгкий запах лаванды. Бабуля обожала этот аромат, и подкладывала любимую травку в сундук, где хранила постельное белье.
Проснулась Зина вечером. В доме было тепло, тихо и пахло пирогами.
- А у меня банька готова, Зин. Вот тебе полотенчико, беги мойся. Я тебе там и веничек запарила и ромашку. Через два часа Зина распаренная и благоухающая травами, вернулась в дом. На столе стояло большое блюдо с пирогами, кастрюлька с горячей рассыпчатой картошкой с укропом, миска соленых груздей и бутылка с фирменной бабулиной настойкой.
- За новую жизнь! - предложила Варвара Тихоновна, стукнув своим стаканчиком с рубиновым вишневым вином в Зинин стакан. - За счастливую новую жизнь! - добавила она... Через какое-то время, благодаря открытым настежь в теплую августовскую ночь окнам в домике бабушки Вари, соседи могли наслаждаться песнями "Ромашки спрятались", "Ой мороз, мороз", "Напилася я пьяна" и ещё многими другими в исполнении слаженного женского дуэта...
А рано-рано утром в лёгком халатике, босиком Зина бежала по сверкающей от росы траве к местному озеру, где долго потом купалась и любовалась поднимающимся над деревней солнцем.
Вернувшуюся после купания внучку Варвара Тихоновна встретила словами:
- Яблоки поспели, будем варить варенье.
С этого дня вспоминать Зине о том, что она несчастна, лежать сутки напролет и безучастно смотреть на окружающий мир, как это положено при депрессии, было уже некогда. За две недели они с Варварой Тихоновной сварили двадцать баночек яблочного варенья, десять - вишневого и пятнадцать - сливового. Это не считая банки с малиновым, смородиновым и крыжовенным. В каждое варенье добавлялось что-то особенное, то что придавало готовому продукту неповторимый вкус и аромат. В ход шли ваниль, корица, листочки вишни, цедра апельсина и лимона, дробленые орехи, кардамон, имбирь, изюм и ещё многое другое.
Со всей округи на умопомрачительные запахи к бабулиному домику слетались пчелы и осы, а вечером, когда солнце начинало прятаться за темным еловым лесом, с большой неохотой разлетались по домам, натыкаясь по дороге на деревья и заборы, потому что аромат бабулиного варенья пьянил, одурманивал и лишал бедных ориентации.
***
Продолжение следует.
Подписывайтесь на канал, друзья, оставляйте лайки и комментарии.