Мне было девять лет, когда папа сказал: "Вот вам, девочки, деньги, здесь хватит на хорошую породистую кошку. Пожалуйста, выберите, удачного котенка. Желательно рыжего перса."
Шёл 1993 год. В то время мы жили в Магадане и лишь на лето приезжали в Москву, к моей бабушке. О том, что кошки бывают разных пород, я знала из подарочного набора с открытками. На каждой открытке была изображена одна кошечка - я запомнила двоих: русскую голубую и персидскую.
Мама мне объяснила, что кошку надо покупать непременно в Москве, на Черёмушкинском рынке. Именно там можно найти хорошую и обязательно породистую кошку.
Рано утром мы собрались и поехали. Стояло хмурое августовское утро, свинцовые тучи заволокли небо над городом, и вот-вот должен был пойти дождь. Лето заканчивалось, через пять дней мы должны были улетать домой - скоро начнется учебный год.
От Филевского парка до рынка было около получаса езды на автобусе по прямой. Мы приехали на рынок: народу было много, Черёмушкинский рынок показался мне похожим на маравейник. Сложно было понять, где покупатели, а где продавцы, там царил полный хаос.
Мы начали проталкиваться сквозь толпу по узким проходам. Сначала я видела только клетки с птицами и банки с рыбками, что совсем не вязалось в моей голове с рынком животных. А где же собачки-кошечки?
Минут пять мы шли мимо каких-то коробок и клеток, и я толком ничего не видела. По писку, раздающемуся из картонных коробок я понимала, что в них сидели котята. Мне удалось заглянуть в одну: там сидели совсем крошечные котята, на вид им было около месяца. Надо сказать, что в то время мало кто утруждал себя прививками, поэтому никто не ждал трех месяцев. Старались избавиться от выводка как можно скорее.
Мне были доступны только те коробки, которые стояли на земле. Животных, которых хозяева держали на руках, я не видела, просто потому я была маленькой девятилетней девочкой, и толпа закрывала мне весь обзор. Мне уже начало казаться, что зря мы сюда приехали. Тут и животных-то толком нет.
Но тут я увидела большую серебряную кошку с огромными зелёными глазами. Она сидела в плетеной корзинке, прямо на голой земле. Кошка смотрела на меня, не отрываясь. Я замерла на месте и стала смотреть в её яркие зелёные глаза. Кошка говорила, что её надо обязательно забрать отсюда, забрать сейчас же, потому что она тут сидит не первый день и очень устала. И что никто не хочет её забирать, потому что она в разы больше тех крошечных котят, которых тут продают другие заводчики.
Мама дернула меня за руку.
- Пошли дальше, - нетерпеливо сказала она.
- Мам, стой, я хочу эту, - я показывала на серебряную кошку.
- Настя, это уже взрослая кошка, ей наверное месяцев девять, вот её никто и не берет, пошли дальше, мы толком других кошек еще не успели разглядеть, их много впереди, - мама снова потянула за руку. Но я осталась стоять. Тут надо пояснить, что я всегда была невероятно послушным ребенком. Я слушалась маму беспрекословно с первого раза. Но этот случай стал исключением - мне надо было спасти кошку. Мама продолжала меня убеждать, что нам надо двигаться дальше, но я не двигалась с места.
И тут мне помог продавец - молодой парень в кожаной куртке:
- Это девочка, ей три месяца, просто она очень пушистая, поэтому кажется большой, но на самом деле это котёнок, - вмешался он в наш диалог.
Моя неожиданная решительность произвела сильное впечатление на маму. Она перестала тянуть меня за руку и остановилась. Наконец, мама спросила у парня, сколько стоит моя Серебряная Кошка, оказалось, в два раза дешевле, чем мы думали. Это, видимо, и стало окончательным аргументом в её пользу. Когда мама согласилась на покупку, я увидела, с каким облегчением вздохнул тот парень. Еще бы - только утро, а он уже справился со своей задачей.
Ася, так мы назвали её, прожила с нами девятнадцать лет. Это была самая мудрая и добрая кошка из всех, что мне приходилось встречать. С самого первого дня она выбрала меня своей хозяйкой, и когда я выросла, и настало время уезжать из дома, я забрала свою Серебряную Кошку с собой.