Необыкновенный концерт (быль). Читайте, улыбайтесь!

События, которые я тут описываю, происходили на самом деле, в мою бытность директором дворца культуры и спорта. Может, какие детали я и упустил, за давностью времени.
Акт 1. Аля.
Пару лет я работал директором Дворца культуры. В штате было около 60-ти человек, разных специальностей (худруки, зав. отделами, рабочие сцены, водители, обслуживающий персонал). Среди них была такая Аля, родом из глухой деревни, женщина неопределенных лет и внешности. Казалось, достигнув одного вида и возраста она всегда оставалась такой же! А может она тайная родственница Дориана Грея? Шучу. Умственные способности у нее были не очень, но, для работы уборщицей вполне хватало. Да и она трудилась лучше всех. Когда я пришел директором, она уже была старожил. Правда, была замкнутой, испуганной и забитой. Вот я и решил ее подтянуть! Стал ей уделять внимание, почаще хвалить (она этого заслуживала), в пример ставить. За глаза ее стали называть – зам. директора. Она как то воспряла, стала учувствовать в общественной деятельности, в общем преобразилась. А говор у нее был смешной такой – ЕТО, говорила она и дальше продолжала говорить. Все начиналось со слова – ЕТО! Я частенько спрашивал у нее, типа – а как Алевтина думает. Так и жили.
АКТ 2. Артисты
К нам часто наезжали заезжие артисты с концертами. Любили они выехать на периферию и подзаработать легких денег. Однажды, к нам с концертами приехала оперная певица с концертмейстером. Зал набился битком (около 800 чел.) послушать оперу и посмотреть на певицу! Представь! Большая сцена, боковые кулисы, красивый задник (а за ним проход для работников), белый рояль на сцене и ожидающая чуда толпа людей! Концерт идет уже минут тридцать! Все степенно, красиво! Зал не дышит. За роялем колоритный мужчина – концертмейстер, на сцене не менее колоритная и объемная певица в черном платье! Я нахожусь за левой боковой кулисой (в дальнем краю сцены) и тоже слушаю.
АКТ 3. Аля
Все идет хорошо, но, вдруг вижу на другом конце сцены, за правой кулисой – стоит Аля с ведром в одной руке и шваброй в другой, в порванном, сине-грязном халате уборщицы и машет мне чего-то, сильно жестикулируя. Я ей махнул рукой, мол, иди сюда, и стал дальше смотреть концерт. Еще раз напоминая, что на заднике висел концертный занавес, за котором должны все проходить, что бы зритель не видел. А на сцене - бурная жизнь. Певица поет новую арию, концертмейстер лениво перебирает клавиши, типа – все уже достало, пора домой и деньги считать. Играет он, играет и вдруг видит – из правой кулисы выдвигается через сцену, какая -то баба с ведром? Он насторожился, напрягся… концертмейстер за роялем стал тихо повизгивать от смеха (но сдерживался), видя всю эту нелепую картину. Еще минута и он уже просто падал на клавиши, давясь от смеха. В зале появились легкие смешки…
Акт 4. Певица.
Певица! Бедная женщина, она поет очень серьезную партию, пытаясь всеми доступными ей средствами донести до зрителя трагедию этой арии, и вдруг замечает, что концертмейстер просто давится от смеха, да в зале уже не на шутку слышен смех. Она смотрит в зал (Аля у нее за спиной идет через сцену), на концертмейстера и не понимает, что это они смеются? Стала тихонько оглядывать себя – думала, может, что у нее с платьем не так? Аля дошла уже до середины сцены. Зал уже просто ржал. Концертмейстер! Он уже просто лежит на рояле и куда попало нажимает, пытаясь попасть в ноты. Я смотрю в зал, пытаясь понять- что происходит. И вдруг…о Боже… вижу Алю стоящую на середине сцены как в оцепенении (она заметила, что в зале полно людей). Стоит и все тут. Я стал ее выманивать за кулису… концертмейстер умирая от хохота, промазал мимо клавиш и упал на пол, чем окончательно смутил певицу. Но, она поет! Поет! Я выглянул из кулис и схватил Алю за руку. Втащил ее за кулису, и спрашиваю, чего? Она – ЕТО…АЛЕКСАНДР ВИКТОРОВИЧ, ВАС К ТЕЛЕФОНУ!. Я ей – ты чего через сцену поперлась, я же всем показывал, что надо ходить за задником! Она только твердит – к телефону вас, к телефону! Я говорю – вот тут надо ходить. Зал уже просто плакал от смеха, а певица поет. Я сказал Але – все, исчезни с моих глаз, иди обратно. Она и пошла, только опять через сцену.
Акт 5. Зал.
Зал лежал от хохота, концертмейстер поднялся с пола и пытается играть, явно мажа мимо клавиш и нервно икая! Певица поет свою длинную партию, уже не обращая внимания на все это. Аля ушла со сцены привычным путем.
Перед отъездом концертмейстер подошел ко мне и пожал руку. Сказал, мол, такого успеха у них еще не было! И правда, зал рукоплескал им минут 30, не отпуская со сцены. Все кричали «БРАВО»! Хотя, мне показалось, что зрители ждали выхода Али на поклон, как актрисы!
Акт 6. Последний
Позже, до меня доходили слухи, что половина зала подумала, что все это было так и задумано! Ну, что б концерт не был таким скучным! Что ж, подумал я, надо Алю поощрить, и выписал ей премию, чем сильно удивил остальных работников ДК!