1970-е – 1983 годы
СССР
В начале 70-х годов в поле зрения органов КГБ попал один из активных еврейских националистов — Бегун, который устанавливал связи с враждебно настроенными лицами, проживающими в СССР и за границей, встречался с аккредитованными в Москве корреспондентами иностранных газет, журналов, радио- и телекомпаний. Отдельные из них подозревались в принадлежности к спецслужбам противника. Контакты с просионистскими элементами и иностранцами способствовали формированию у Бегуна эмиграционных настроений и негативного отношения к советской действительности.
Под влиянием западной враждебной пропаганды и воздействием националистов Бегун в 1971 году ходатайствовал о выезде в Израиль, считая его своей «духовной родиной». С учётом прежней работы на режимном объекте и осведомлённости в секретах в выезде за границу Бегуну отказали. В связи с допущенными им активными националистическими проявлениями его профилактировали (беседовали и предупреждали о последствиях в случае продолжения).
Из этого предупреждения Бегун правильных выводов не сделал. Уклоняясь от общественно полезного труда, он разъезжал по стране, встречался с просионистски настроенными элементами, собирал клеветническую информацию, «обрабатывал» еёи передавал за границу для использования зарубежными сионистскими центрами против СССР; организовывал «ульпаны», в которых под предлогом изучения древнееврейского языка, «приобщения евреев к национальной культуре» проповедовал идею «всемирной еврейской нации», возбуждал у слушателей эмиграционные настроения, желание выехать на «землю обетованную». О «работе» Бегуна стало известно на Западе. «Кливлендское бюро еврейского образования» (США) от имени министерства культуры Израиля в нарушение международных соглашений о невмешательстве организаций и групп во внутренние дела государств выдало на имя Бегуна «лицензию» на «право» преподавания иврита в СССР.
"Когда я находился в ссылке, у меня случилась история с ЮНЕСКО. На колымском прииске, в шестистах километрах от Магадана, была довольно неплохая библиотека, и там обнаружился журнал «Курьер ЮНЕСКО». Я листаю его и смотрю, что в столбике, где указаны языки, стоит иврит. То есть журнал издается на иврите. Вот это да! Журнал издается на иврите, распространяется в Москве, а язык этот запрещен. Я сажусь и пишу письмо в редакцию: «Знаете ли вы, что ваш журнал издается на языке иврит, который в СССР запрещен?» " Бегун И.З.
В ответ на «заботу» зарубежных сионистов и по их рекомендации он созывал «симпозиумы», на которых под видом обсуждения вопросов о состоянии и перспективах развития еврейской культуры в СССР также протаскивались враждебные Советскому государству идеи, разжигались националистические чувства. Под его влиянием подобный «симпозиум» сионистские элементы пытались созвать в Москве. Основным докладчиком на этом сборище утвердили Бегуна. Он и некий Файн, впоследствии выехавший в Израиль, были «делегированы» в посольство США в Москве для обсуждения возможности содействия в организации «симпозиума» и привлечения к нему внимания реакционных кругов враждебных СССР государств. Принятыми органами КГБ мерами эту затею удалось сорвать.
Преследуя цель активного распространения сионизма среди еврейской молодёжи, Бегун участвовал в организации молодежных «массовок», на которых выступал в качестве консультанта по вопросам идеологии сионизма, вёл разговор о создании еврейских детских садов. Его действия с всё большим одобрением воспринимались сионистскими кругами за рубежом. Государственные деятели Израиля, провозгласив Бегуна лидером еврейских националистов в СССР, поощряли и инспирировали его усилия, направленные на консолидацию антиобщественных элементов в Советском Союзе на националистической основе. Он дважды удостаивался израильских наград. Его поддерживали морально и через сионистских эмиссаров или по легальным каналам систематически направляли деньги, вещевые посылки, фото- и радиоаппаратуру для использования в преступных целях. Так Бегун стал платным сионистским функционером.
Игнорируя нормы советских законов, он длительное время вёл паразитический образ жизни, злостно нарушал паспортные правила, за что в 1978—1979 годах привлекался к уголовной ответственности. Однако и после отбытия наказания продолжал передавать за рубеж клеветническую информацию, обрабатывал в националистическом духе окружение, популяризировал себя как стойкого проводника идей сионизма и «узника Сиона».
В связи с этим перед следственным и оперативными подразделениями встала задача задокументировать и пресечь преступную деятельность Бегуна.
(Источник: Стрекалов А., Плешков П.)