Уроки Беслана: воспринимать Северный Кавказ не как «этнозаповедник»

Кавказовед Сергей Маркедонов назвал уроки, которые надо извлечь сегодня из бесланской трагедии, произошедшей 19 лет назад, когда отряд террористов захватил 1 200 заложников в школе.

Помимо гуманитарного измерения события бесланского теракта тех дней имели и важное политическое значение, которое также необходимо адекватно оценивать, дабы в будущем минимизировать экстремистскую и террористическую угрозу в нашей стране, пишет Маркедонов.

Бесланский теракт стал последним масштабным знаковым терактом для этносепаратистов, сторонников отделения Чечни от России и создания самостоятельного государства, сочетающего в себе элементы светского национализма с дозированным инструментальным использованием элементов исламской республики, напомнил эксперт.

«Начиная с 2004 года на Северном Кавказе в идеологии антигосударственной борьбы (и терроризме, как инструменте для ее реализации) идеи создания отдельной нации-государства перестали быть востребованными. На их место пришли лозунги радикального джихадизма с апелляцией к надэтническим ценностям и псевдорелигиозной солидарности. „Вехами“ на этом пути стало провозглашение „Эмирата Кавказ“* и „Вилайята Кавказ“ (естественно, оба были объявлены вне закона), теракты в столичном аэропорту Домодедово, в Волгограде, регионе Кавказских Минеральных Вод. Предпринимались и попытки дестабилизации в канун Сочинских олимпийских игр 2014 года», отмечает Маркедонов.

Последующее десятилетие было отмечено резким спадом терроризма на российском Кавказе. В научной литературе этот спад объяснятся разными причинами. И политикой «чеченизации», и жесткими авторитарными методами властей, и массовым отъездом боевиков и радикалов на Ближний Восток.

«Все эти моменты, конечно, имели место. Но только ими одними стабилизацию на Северном Кавказе не объяснишь. Дагестан, Кабардино-Балкария или Ставрополье по определению не могли быть объектами „чеченизации“, а радикальные джихадисты, уехавшие на Ближний Восток, массово не вернулись, даже получив жесткие удары и со стороны России, и со стороны США, их местных союзников, утратив возможности для реализации своих планов. Да и „честолюбивые дублеры“ не пришли им на смену в республиках СКФО. Стоило бы в этой связи обратить внимание и на политику Москвы по социально-экономическому развитию Северного Кавказа (в том числе и наращивание бюджетных расходов для образования и здравоохранения). Словом, не антитеррором единым», — подчеркнул Маркедонов.

Однако и сегодня в некогда самом проблемном регионе России при всех имеющихся позитивных трендах, не наступила бесконфликтная эпоха. Сохраняются актуальными и земельные проблемы, и вопрос о представленность во власти тех или иных групп, и вольная трактовка на местах многих общероссийских норм, и политико-правовой партикуляризм, и дефицит публичности и транспарентности, констатировал Маркедонов.

«Все это требует пристального внимания. Если экстремизм 1990-х- начала нулевых подпитывался неким „отложенным счетом“ к советским и имперским временам, то сегодня такие настроения опираются на неразрешенные актуальные проблемы (даже если таковые скрыты от широкой общественности). И поэтому наша общая цель — не устраивать „съезды победителей“ и отчеты об окончательной победе над терроризмом-экстремизмом, а создавать условия для купирования подобных угроз в зародыше. Важно понимать, что террористическая угроза — это не криминальная активность, она политически мотивирована. И для противодействия ей мало только силового воздействия. Терроризм не сможет быть эффективным, если люди и группы, использующие его как инструмент, будут лишены моральной легитимности. Но без активной работы с обществом данную задачу трудно выполнить», — заявил Маркедонов.

«И самое главное, пожалуй, — это восприятие Северного Кавказа (не только Беслана или Владикавказа, но и Махачкалы, Грозного, Нальчика или Черкесска) не как какого-то этнозаповедника с „традициями“, а как важной неотъемлемой части большой России. Трагедия Беслана 2004 года — в равной степени боль и рана для Дона, Кубани, Сибири, Камчатки и Калининграда. Помнить о ней и делать все для недопущения таких трагедий в будущем — наш общий долг», — заключил он.

*Террористическая организация, запрещена на территории РФ