31 августа в прокат вышел классический хоррор «Звонок», спровоцировавший по всему миру тренд на японские хорроры. Подробнее — в материале «Сноба».
Кадр из фильма «Звонок»
Фото: «Иноекино»
Одним абзацем
Жанр хоррора в Японии переживал расцвет дважды: в 1960-е и 1990-е годы. После войны снимали фильмы ужасов в декорациях феодальных времен, люди боролись со злыми духами, прибегая к помощи знахарей и шаманов. Человек конца XX века полностью безоружен перед высшими и низшими силами и пытается справиться с проклятиями рационально — а потому проигрывает. С первого взгляда «Звонок» может показаться типичной историей борьбы матери за жизнь ребенка, но авторам книги и фильма скорее важен социальный аспект их произведений. Японские 1990-е — время экономического кризиса, отчаяния личности перед ударами судьбы. Мстительный дух некогда жестоко убитой девочки — не что иное, как воплощение страха перед будущим.
Подробно
Троих школьников и племянницу журналистки Рейко Асакавы убило неведомое существо. Полиция разводит руками. Женщина берет расследование в свои руки и отправляется в курортный дом — место последней встречи друзей. В местном прокате кассет она находит странную запись. Рейко смотрит пленку с тревожными кадрами, последний из них — съемка колодца в лесу. Через пару секунд у Рейко звонит телефон, голос в трубке говорит, что через неделю женщина умрет.
Сценарий фильма Хидео Накаты написан по одноименной книге «Звонок» Кодзи Судзуки. В оригинальном названии Ringu есть непереводимая игра слов: ringu одновременно значит «кольцо» и «звонок». Картина стала хитом и породила серию японских адаптаций и американских ремейков, а также запустила мировую моду на городские хорроры и повлияла на культуру родной страны.
Благодаря книге «Звонок» взошла еще одна звезда — Ито Дзюндзи стал одним из самых известных и популярных в мире мангак, создав сборники небольших рассказов, в основу которых легли городские легенды. Страшные события с участием оживших рыб-насекомых, древними проклятиями и сходящими с ума людьми в мире Ито почти всегда разворачиваются в современной реальности. Люди конца XX века уже забыли, как взаимодействовать с потусторонним миром. Большинство успевают только испугаться, единицы отправляются расследовать дело и выживают. Но так было не всегда.
Кадр из фильма «Звонок»
Фото: «Иноекино»
Жанр хоррора расцвел в Японии в 1960-х годах и стал реакцией кинематографа на распространение телевидения, ориентированного прежде всего на семейную аудиторию. В классических фильмах ужасов «Кайдан» (1964, режиссер Масаки Кобаяси) и «Черные кошки в бамбуковых зарослях» (1968, режиссер Канэто Синдо) события происходят в эпоху средневекового изоляционизма страны, когда люди верили в духов и знали, как с ними бороться. Они обращались к шаманам и знахарям, хранителям тайн прошлого. Для японцев после Второй мировой войны кино о сотнях и десятках лет до фашизма и реставрации Мэйдзи конца XIX века — это попытка заново определить нацию, заглянуть во времена «до больших ошибок».
Кадр из фильма «Звонок»
Фото: «Иноекино»
Следуя традициям, растерянная героиня фильма «Звонок» Рейко обращается к мужу, профессору университета Рюдзи Такаяме (Хироюки Санада), обладающему экстрасенсорными способностями. По иронии судьбы он смотрит то же самое проклятое видео, тоже ничего не понимает и подходит к решению проблемы рационально. 1990-е годы в Японии — это десятилетие кризиса после десятилетий колоссального роста разрушенной страны. Кино и роман отражают депрессивные настроения людей, их беспомощность по отношению к судьбе, клубок которой они не могут распутать логическим путем. Неминуемая смерть, ждущая супругов и затем их сына, случайно увидевшего запись, — это не только отражение сложностей и страхов родительства (об этом Судзуки написал рассказ «Темные воды»), а метафора кризиса страны и личности. В пьяной искренности Такаяма говорит: «Нечего было ребенка заводить». В Японии ребенок — это очень дорого, потому что среднее и высшее образование платное. В «Звонке» нежелание продолжать род и фатальный страх его потерять связаны с социальной политикой государства. Человек остается один на один со всеми трудностями и проклятиями.