В годы Великой Отечественной войны среди бесчисленного множества советских граждан, выброшенных на передовую, были личности с интересным прошлым. Среди них были бывшие офицеры царской армии, участники Белого движения, пожилые люди вроде деда Талаша и даже парочка выходцев с Аляски. Некоторых отправили на фронт в качестве переводчиков, так как они лучше понимали немецкий язык, чем их соотечественники, не изучавшие его профессионально. Это лингвистическое умение оказалось неоценимым при расшифровке захваченных документов и проведении допросов.
Один примечательный инцидент произошел в конце 1943 года. Пленный немецкий офицер, принадлежавший к знатной семье, пренебрежительно относился к русским людям, свысока глядя на тех, кого он считал простолюдинами. Однако одному из переводчиков из Политуправления фронта удалось установить с ним связь. Немецкий офицер не знал, что допрашивать его приехал Игорь Михайлович Дьяконов, замечательный ученый, лингвист и востоковед.
Игорь Дьяконов, родившийся в 1915 году в Петрограде, происходил из необыкновенной семьи. Его отец, банкир, и мать, врач, жили во времена, когда высшее образование было редкостью в первые годы советской власти. В 1920-х годах десятки миллионов людей прошли курсы повышения грамотности, чтобы приобрести базовые навыки чтения и письма. Михаил Дьяконов, отец Игоря, работал в торговом представительстве в Норвегии с 1922 по 1929 год, за это время город Христиания был переименован в Осло. Такое детство пережили, может быть, лишь несколько сотен, максимум несколько тысяч советских детей.
В 14 лет Игорь Дьяконов вместе с родителями и братьями вернулся в Советский Союз, уже освоив английский, немецкий и норвежский языки. В Ленинграде он завершил учебу на историко-филологическом факультете и углубился в изучение еще нескольких иностранных языков, необходимых для изучения Древнего Востока, в том числе аккадского, древнегреческого и древнееврейского. Его карьера началась в Эрмитаже, но в 1938 году он трагически потерял отца, расстрелянного за участие в контрреволюционной организации.
Согласно наградным документам, Игорь Михайлович Дьяконов был призван в ряды Красной Армии в сентябре 1941 года. Во время службы в Политуправлении Карельского фронта выполнял различные функции диктора, переводчика, литературного наставника. Награда за его орден Красной Звезды в ноябре 1944 года признала его выдающийся вклад в организацию звуковых передач для немецких солдат и норвежских коллаборационистов, а также в публикацию листовок для немецких солдат и норвежского населения. К концу войны Дьяконов дослужился до капитана и получил медаль за защиту Арктики, а также другие благодарности. Его братья, Михаил и Алексей, тоже были ветеранами, но Михаил трагически ушел из жизни в 1954 году, а Алексей погиб в конце 1941 года.
После войны Игорь Дьяконов продолжил карьеру в Ленинградском отделении Института востоковедения. Это была область, где конкуренты в области изучения Древнего Востока редко встречались друг с другом. Василий Струве, потомок основателя Пулковской обсерватории, оказался одним из немногих его соперников в 1950-е годы. Однако их соперничество закончилось тем, что Дьяконов успешно защитил докторскую диссертацию по Шумеру. Стоит отметить, что Дьяконов перевел часть материалов антологии по истории Древнего мира, изданной в 1950 г. под редакцией академика Струве.
Возвращаясь к эпизоду с пленным немецким офицером, можно задаться вопросом, как Игорю Михайловичу удалось установить с ним связь. Как говорится, знание – сила. Дьяконов обнаружил, что немецкий офицер, получив образование филолога, до войны изучал готский язык. Используя это понимание, Дьяконов начал декламировать стихи на готике, полученные из рукописи, о которой в то время знала только избранная группа специалистов. Это неожиданное проявление знаний в области готической поэзии застало образованного немца врасплох. В некотором смысле можно сказать, что Дьяконов попал в ахиллесову пяту немецкого офицера.
Война неизбежно оставляет след в личности. Немецкий офицер ожидал столкнуться с русскими, которые свободно владели немецким языком, обладали физической силой и умелыми стрелками. Знаток готической поэзии на передовой оказался непредвиденной неожиданностью для образованного фрица. Можно с уверенностью сказать, что Дьяконов обнаружил уязвимое место немецкого офицера.
Учитывая, что все попытки сломить немецкого офицера грубой силой не увенчались успехом, так как он оставался решительным в своем молчании, подвергать его смертельным избиениям не имело смысла. Он мог быть полезен при выполнении тяжелого физического труда в тылу. Поскольку типичный переводчик не добился существенного прорыва, было решено привлечь на допрос кого-то из интеллектуальной элиты. Следовательно, Игорю Михайловичу с его глубоким знанием языка, истории и литературного наследия родины немецкого офицера удалось расположить его к себе.