В годы войны были нередки случаи, когда осиротевший ребенок прибивался к какой-нибудь военной части, и как бы "усыновлялся" подразделением. С нашей стороны такое явление широко известно, но, оказывается, были «сыны полка» и с другой стороны фронта.
Об одном таком случае сегодня и расскажем. Случай весьма необычный.
Скитания
Илья Гальперин, росший в еврейской семье, встретил начало войны в белорусском Дзержинске. Когда в город вошли части СС (латышские добровольцы), семья маленького Ильи была расстреляна. Самому Илье удалось убежать, но он видел, как убили его мать и брата с сестрой.
Было ему тогда пять лет от роду.
Начались мытарства. Мальчик ночевал в лесу, забираясь на деревья, просил у местных жителей подаяния или ночлега (часто неудачно, в несчастном мальчонке люди подозревали еврея и опасались проблем за укрывательство), и снимал одежду с мертвых тел, чтобы согреться.
Сколько он таким образом скитался, Илья и теперь не может вспомнить. Так бы все и продолжалось, но в одном из сел, человек, к которому мальчик обратился за помощью, избил его и поволок сдавать нацистам. Выслуживался, гад.
Так Илья попал в штаб 18 латышского батальона «Курземес».
Еврей в СС
Капрал Кулис, принявший мальчика из рук доброхота, быстро смикитил, что ребенка ждет верная смерть, пожалел мальчика и с глазу на глаз велел тому забыть о своем еврейском происхождении, и называть себя русским мальчиком Алексеем.
В батальоне его стали называть Алекс. Фамилию дали по названию батальона – Курзем. Мальчику выправили документы, и началась его служба, если можно так сказать. Он, в основном, работал по хозяйству – таскал воду, помогал на кухне, чистил сапоги. Постепенно к нему стали относиться, как к своему, сшили ему форму, и даже выдали оружие – мелкашку и маленький пистолет. Он выучил латышский язык.
Но одними хозяйственными делами его жизнь в батальоне не ограничивалась. Батальон был карательный, со всеми вытекающими. И мальчик был невольным участником его "ратных подвигов". Насмотрелся и на виселицы, и на сожженные деревни. Сейчас он говорит, что все тогда понимал, плакал, но поделать ничего не мог. Его заставляли раздавать сладости евреям, ожидающим отправки в концлагеря, чтобы вид раздающего конфеты мальчика их успокоил.
В 1943 году батальон был включен в состав латышского корпуса СС. За боевые заслуги. Еврейский мальчик Илья получил эсэсовскую форму.
Вскоре он стал, своего рода, звездой.
О нем пронюхали журналисты, его портрет напечатали в германских газетах, и со всех концов Рейха к Илье потекли письма и посылки.
А к батальону, тем временем, подкрадывался песец. Дела на фронте у немцев пошли не ахти, и вчерашних карателей отправили на передовую, где от них полетели такие клочья, что мальчишку было решено отправить подальше в тыл.
Новая родина
Оказавшись в Риге, Илья был усыновлен местным кондитером-нацистом, и вместе с приемной семьей уехал в Германию. Там он встретил конец войны и крах Рейха. Потом был вывезен в Австралию, где живет и сейчас.
В Австралии никто и не знал о его прошлом, пока он не додумался написать книгу. От него сразу отвернулось большинство друзей, а местные евреи его чуть ли не прокляли. Сам же он себя виноватым не считает.